Я промолчал. Меня дёрнули назад, развернули и бесцеремонно выпихнули из камеры. Рядом то же самое проделали с Корал, которая, кажется, находилась в шоковом состоянии. Вот дерьмо! Что дальше-то? Куда они собираются нас вести? И зачем? И как это теперь повлияет на план побега?

— Пошёл! — меня больно ткнули стволом в спину. Двое гвардейцев передо мной двинулись вперёд, держа дистанцию. Ещё двое встали по бокам, остальные держались сзади. Думаю, в такой же «коробочке» вели и Корал. Грамотные ребята.

Я переступил через порог и оказался в точно таком же коридоре, как тот, который только что покинул. Отличался он лишь тем, что здесь по обе стороны вместо вибрирующих каменных решёток были обычные металлические двери, утопленные в стены. Получается, здесь — обычная тюрьма, а там, где сидел я — нечто вроде спецкорпуса. Для магов? Или просто для особо опасных заключённых?

— Не тормози, шевелись! — новый болезненный тычок в спину. Да чтоб тебя! Интересно, это из перебежчиков боец или из варваров Бранда? Чем ему Дэймон так насолил?

— Мамке своей так тыкать будешь, понял? — не удержался я. — Растыкался он, ты смотри.

Не знаю, насколько меня понял конвоир, но упоминание матери в не самом позитивном ключе явно просек, потому что в следующий момент на мою спину обрушился удар прикладом, от которого я едва не упал мордой в пол. С трудом удержав равновесие, я врезался носом в спину гвардейца, идущего впереди, и грязно выругался. Гвардеец, решивший, что дерзкий заключенный собирается бежать, отскочил, развернулся и ткнул меня шоковой дубинкой. Я, моментально забыв, как дышать, рухнул на колени, сотрясаемый разрядом, по действию идентичным тому, что я получил, исследуя каменную решетку камеры. Гвардеец же прыгнул вперед и снова занес дубинку над головой.

— Отставить! — рыкнул послушник, подскочил к собирающемуся вновь угостить меня дубинкой конвоиру и отпихнул его в сторону. — Стоять! — снова рявкнул он куда-то мне за спину. — Искалечите мальчишку — будете иметь дело с лордом Брандом!

— Мы не будем калечить, — зло прошипел конвоир за спиной. — Мы так, слегка уму-разуму поучим.

— Я сказал — отставить! — повысил голос «капюшон». — А ты, — это уже мне, — придержи свой поганый язык, если не хочешь, чтоб тебе его оторвали!

— А оторвать язык — это, по-твоему, не искалечить? — с трудом переведя дух, выдавил я.

— Молчи!

— Да молчу-молчу! — поняв, что больше бить меня пока не собираются, я кое-как поднялся на ноги.

— Вперед!

— Слушаюсь и повинуюсь! — съязвил я. Вспыльчивые ребята. Ссориться с ними все же не стоит, первое впечатление не обмануло. Насуют полную пазуху, только повод дай.