Взмахиваю рукой и… она слегка уходит от заданной траектории.
— Странно.
— Ничего странного. Всего лишь подул ветер. Для тебя он сейчас как течение воды. Не забывай, что в состоянии искажённого времени ты устаёшь намного быстрее. Ах да, и старайся не набрасываться с кулаками на врагов. Они стали крепче, а вот ты… более хрупким.
— А если открыть врата в этом состоянии?
— Нет смысла. Если, конечно, ты не встретишь мастера воинских искусств восьмой или девятой ступени. Только их физические параметры примерно равны нашей скорости.
— Ну а всё-таки?
— Я не знаю. — Альдавир пожимает плечами. — У меня нет даже первой ступени, ядовитыми травами я себя не травил.
— А в теории?
— В теории… Нагрузки становятся слишком высокими. Ты нагружаешь не только разум, но и мускулы, сухожилия, связки. Но это не всё. Окружающий мир начнёт сопротивляться ещё сильнее. Очень с этим осторожно, ученик. Представь, что в обычном времени в тебя кинули… камень. Обыкновенный камень. Но ты этого не замечаешь и натыкаешься на него грудью. В обычном времени камень бы отлетел от тебя, но не здесь. Здесь он в лучшем случае переломает тебе рёбра.
— Хреново…
— Именно. Запомни одно простое правило: в искажённом мире весь окружающий мир — твой враг. Если ты не заметишь муху на бегу, то она выбьет тебе глаз. Камень — переломает рёбра. Кинжал…
— Понял… — вздыхаю я. — Нет силы без дерьма.
— Нет худа без добра?
— Нет. О, похоже, проходит…
Мир становится привычнее. Ветер не жужжит в ушах странным моторчиком. Руки становятся легче, а Торн двигается более естественно.
Он видит, что я встал и смотрю на него. Выдыхает с облегчением. Иона подходит ближе, смотрит мне в глаза:
— Живой? — Она слегка улыбается. — Ух, я уж думала: не проснёшься! У тебя был такой жар, что не коснёшься. И красный такой, хе-хе…
А глаза-то влажноватые. Что, неужто так переживала? Вслух этого не говорю.
— Альдавир, зачем вот ты их с нами взял?
— Кто-то должен был нас охранять.
— И она?.. — Я киваю на Норану.
— Это действительно так важно? Или мы уже отправимся в путь?
Разворачиваюсь в сторону, куда, в теории, улетел орёл. Он где-то там, в ночном небе.
— Значит, и правда его не догнать…
— Именно.
И тут дело не совсем в скорости. Может, если поднатужиться, то возможно… Но бежать в лесу, где всё вокруг враждебно, — это самоубийство. Даже паутина на лице будет ощущаться если не леской, то неприятными нитками точно. А уж если напороться на куст или торчащую ветку…
Спрашиваю:
— Можно же использовать защитный артефакт, верно? На физическую защиту, например.
— Нельзя.
— Почему?