— Вижу, теперь вы куда более настроены на разговор, — констатировал Долгорукий-младший.
Павел его приход банально пропустил в борьбе с самой настоящей паникой. Малую часть контроля удалось вернуть с большим трудом. Павел сосредоточился на своем резком и прерывистом дыхании, буквально заставляя вгонять себя порции воздуха через нос.
— Замышляли ли вы худое против империи и императора? — негромко спросил царевич.
— НЕЕЕЕТ!!! — во весь голос завопил узник.
Но тут же снова «поймал себя» и сосредоточился на дыхании.
— Нарушал ли ты законы империи?
— ДАААА!
Дыхание… Вдох-выдох…
Рывок, и вот уже рама с буквально распятым в ней Волконским поставлена вертикально.
Константин Дмитриевич, глядя только в глаза Павлу, приблизился к молодому человеку.
— Узнаете ли вы этого человека?
На уровень глаз поднялась фотокарточка.
— ДА! — резко выдохнул парень.
Лицо своего Куратора от СИБ молодой человек узнал без труда.
— Третьего июня в рамках операции «Каскад» вы были… Где вы были⁈
— Я… Код… Допуск!
Долгорукий расстроенно покачал головой.
— Вы не понимаете, что именно вас ждет, Павел Анатольевич…
Его лицо было так близко, что парень почувствовал дыхание на своем лице.
— Сан Саныч… — с печалью предложил действовать старику канцелярист.
Конструкция вновь подернулась, увеличивая «натяг». Стало практически невозможно дышать.
— Последний шанс, Волконский…
— ДОПУСК!!! — заорал парень.
Сквозь пленяющий разум ужас он все же смог вспомнить санкции в случае разглашения лицу к именно этой государственной тайне недопущенному подробности своей работы на Седого Филина.
— Ну, прощай, — словно бы с жалостью констатировал царевич.
— НА *** ПОШЕЛ! — в ужасе завопил клановец, в ожидании треска разрывающихся мышц и сухожилий под аккомпанемент треска ломающихся костей.
— Добавить что есть?
— И В П****!!!
Павел сжал зубы, готовясь к боли.
Удар в живот он скорее осознал, чем реально почувствовал.
— Есть ли что добавить? — повторил вопрос канцелярист.
— НЕТ! — прохрипел узник.
— Ну, на нет и суда нет, — решил будущий самодержец.
Краткий миг, вот уже Волконский втыкается коленями в бетонный пол и, не удержавшись, заваливается на бок.
— Вы свободны, Павел Анатольевич, — тихий ровный голос «пробивался» к мозгу словно издалека сквозь ватные затычки. — Вас проводят.
Глава 5
Глава 4
— Вы приехали, — сообщил механический голос из динамика. — Не забудьте забрать свои вещи!
С последним словом бесшумно распахнулась дверь микроавтобуса, выпуская Павла на солнечный свет. За последние три недели он как-то уже успел позабыть, как тот выглядит. Окон в его «апартаментах» не было.