Павел же своего мнения… не имел. Для него это было просто историческим фактом. ну кто сегодня скажет, что именно тогда стояло на кону? И какой выбор был перед Иваном Грозным?

Сегодня же опричнина представляла собой скорее формой допуска к делам класса «Корона».

— Обрати внимание, Павел Анатольевич, — предложил ему царевич во время их последней встречи перед сопровождением, увеличив на планшете один из регионов империи. — Этот регион входит в зону интересов компаний, обладателем блокирующих пакетов которых ты стал.

Молодой человек, присмотревшись, кивнул. Так и есть. Сочетание рек, воздушных коридоров и железнодорожного полотна тесно переплетались на довольно ограниченной территории.

— Через эту же зону проходит перевалка почти двадцати процентов контрабанды с запада на восток, и почти одиннадцать в обратном направлении.

Волконский кивнул. Вполне логично.

— Я хочу, чтобы не позже чем через пять лет этот показатель был вдвое ниже, — коротко заключил главный канцелярист. — Обозначить свой контроль над регионом ты должен будешь не позже чем через два года.

— Почему я? — только и нашелся молодой человек.

— По ряду причин, император не готов желает вести открытую войну против контрабандистов, но готов поддержать одного инициативного и предприимчивого юношу, решившего защитить свои инвестиции. Это ясно?

— В каких рамках? — чуть заторможенно поинтересовался Павел.

Отказываться? А с какой бы это стати? Да и с формулировками Павел испытывал… некие затруднения.

— Как опричник, ты сможешь набрать свое войско, — коротко ответил Константин Дмитриевич. — Контракт на десять лет.

Волконский задумался. Предложение было… двояким. С одной стороны, ему действительно предстоит сложная задача. Но и награда ой как вкусна! Свое войско… Если справится, то род Павла, как бы он к тому моменту не назывался, станет четвертым в империи, имеющим сои вооруженные силы. Можно будет на равных с Воронцовыми говорить!

Клановец покачал головой.

— Это ведь не вся причина? — поинтересовался он.

— И даже не основная, — растянул губы в холодной усмешке собеседник.

Отчего-то сразу становилось понятно, что вдаваться в подробности он не намерен.

Насчет отказа клановец даже интересоваться не стал. Он прекрасно понимал, почему именно оказался здесь и сейчас. Нет, формально, ему закон предъявить ничего не может. По каждому эпизоду есть свой «отмаз». Однако, если быть честным, то молодой человек прекрасно помнил первое правило любого серьезного человека: «всегда держись ниже порога реагирования системы, с которой взаимодействуешь». Волконский же выступил слишком «ярко». И теперь, вполне естественно, получил щелчок по носу. От государства.