За что от женской половины компании и огреб.

Пришлось ему объяснить, что не хватает ему именно «на все согласной» женской компании, пока ему уши за такие предположения не открутили.

Тут уж и у дам возразить чего не нашлось.

К удивлению Кирилла, Павел возражать не стал:

— А… Вызывай! — коротко махнул он рукой. — И не экономь!

Катерина чуть удивленно оглянулась на молодого сюзерена. Нет, она понимала, что против таких его развлечений, в общем, протестовать смысла не имеет, но все же была уверена, что у парня есть вкус. Ту же Кошкину, если отделить от непредвзятого взгляда легкую ревность, была очень даже хороша.

— На счастье! — объяснил свою позицию клановец.

Чем вогнал собственного секретаря в еще большую задумчивость. Впрочем, блондиночка оставалась профессионалом в любой ситуации (кроме тех моментов, когда закрывалась дверь спальни), а потому переспросить нечто вроде «Какого хрена⁈» показалось ей верхом вульгарности. Пришлось выкручиваться…

Одна аккуратная бровка удивленно приподнялась чуть выше.

— Ну как же… В новый дом надо первой запустить кошку, а в гостиницу — проститутку!

Блондиночка задумалась. Логика тут, наверное, даже была. Какая-то. Очень неочевидная.

— Ну так первой уже не получится, — ровно сообщила она.

— Так искупим же качество ритуала количеством! — бодро сообщил Волконский, наблюдая за тем, как оживившийся Кроль начал обход присутствующих с простым и ясным вопросом: «А тебе надо?».

От размышлений Катерину отвлек тоновый сигнал комма. Ей вдруг так захотелось сделать кому-нибудь ну хоть какую-то пакость… Блондиночка повернула свой комм экраном к Павлу, чтобы он мог рассмотреть имя абонента.

— Ни в чем себе не отказывать, господин? — лукаво улыбнулась она.

Волконский, на миг замерев, утвердительно кивнул.

— Добрый день, секретарь Волконского Павла Анатольевича Катерина, слушаю вас… Нет, простите, Виктория Львовна, сейчас господин недоступен… Я не уверена, но, кажется, он как раз вызывает проституток… Что, простите? А, нет… Не уверена. Да-да, лучше попозже. Думаю, к утру Павел Анатольевич будет в состоянии поговорить с вами. Прошу простить, Виктория Львовна…

Катерина окинула взглядом количество еще не тронутых ящиков, а после мазнула взглядом по предвкушающе-хищной ухмылке сюзерена, естественно, весь разговор слышавшего от и до. И даже поднявшего два больших пальца вверх.

— … Лучше рассчитывать звонок ближе к обеду. Кажется, намерения моего господина крайне серьезны!

Выслушав короткий, но эмоциональный ответ, Катерина обернулась к клановцу:

— Ну, раз все намерены повеселиться, то и я могу себе ни в чем не отказывать, верно?