— Считаю договор заключенным, — негромко произнес он.
— Договор заключен, — подтвердил Павел.
Зачем старомодные компрометирующие подписи и договора в мире, где любая из сторон может запросить проверку у менталиста. И ее результаты вполне будут иметь силу даже не договора, а приговора. А тому, кто вздумал нарушить его условия ранее, придется еще и оплатить время специалистов. И оно очень дорого!
На лице воеводы отобразилось легкое облегчение. Он действительно не был уверен, что Павел согласиться. А договариваться с кем-то еще из Волконских… А с кем? Глава явно не на стороне племянника. Да и провокация, где замешана Вика, в первую очередь направлена именно на молодого человека.
— Теперь необходимо обсудить, как именно мы выведем мою дочь из игры, — перешел ко второму вопросу Лев Демидович.
Ему хотелось сделать это как можно скорее. Хотя бы потому, что это задание буквально «разваливало» его дочь.
— Никак, — жестко отрезал Волконский.
И Юсупов впервые увидел, как глаза собеседника сверкнули металлом.
— Но как же наш договор? — переспросил «уралец».
— Остается в силе, — кивнул собеседник. — Однако я не приемлю никакого изменения ситуации до ее логического завершения. Равно как и информировании Виктории, либо иного третьего лица о наших договоренностях до момента их реализации.
Лев Демидович вновь погрузился в раздумья.
— То есть, ты хочешь, чтобы все оставалось как есть? — уточнил он.
Лицо Павла застыло, но ответил он твердо:
— Именно так. Пусть Виктория и дальше «разрабатывает» Светлану.
— Довольно жестоко по отношению к собственной сестре, — констатировал воевода.
— Не вам судить, — отрезал Павел с таким видом, что Юсупов прекрасно понял, что именно имел ввиду собеседник.
Девушка решила сыграть в высшей лиге. И теперь ее брат хотел знать, насколько она адекватна заявленному уровню.
Жестко? Возможно. Имеет право на существование? Безусловно.
У Волконского были свои мысли на этот счет, но делиться ими он не стал, позволив переговорщику самостоятельно придумать себе объяснение.
— Мне неизвестна конечная цель данной провокации, — негромко сообщил он.
Мол, если тебе прилетит, то виноват-то кто будет? И не станет ли это концом договора.
Клановец в ответ лишь усмехнулся жестко:
— Обещаю, что каким бы не был результат именно этой провокации, я не поставлю его в вину Юсуповым.
«Если мой расчет неверен и я понесу ущерб.» — именно эта мысль хоть и осталась за кадром, но была вполне очевидна обоим собеседникам.
Глава 16
Глава 16
— Не хочу, — всхлипнула Виктория, поджимая ноги.
Это о многом говорило. Наверное, впервые девушка встречала отца в своих покоях не вставая с кровати. Да и голос Юсуповой был тих и глух. А если хорошо присмотреться, то вполне можно было разглядеть дорожки уже высохших слез на ее щеках.