Юрий Васильевич аккуратно взялся за голову, почувствовав резкую боль в висках. Несколько секунд он массировал «пострадавшие зоны» и лишь затем негромко спросил:

— Как именно произошло столкновение с человеком Волконских.

Лицо Федора застыло. Только зубы боевик сжал так, что прорезались острые скулы. Однако в руки он взял себя практически мгновенно.

— Драка, — коротко поправил его начальник охраны. — Трое наших бойцов схватились с наследником Волконских.

Несколько секунд мужчина тупо пялился в окно. В какой-то момент он резко рявкнул:

— Стой!

Дисциплинированный водитель понял приказ буквально, мягко остановив машину прямо во втором ряду. Внедорожник тут же прикрыл транспорт босса, перекрывая крайнюю правую полосу.

— Да ну на хер, — негромко выдохнул Юрий Васильевич и, не обращая ни на кого внимания, самостоятельно распахнул пассажирскую дверь собственного лимузина.

— Здесь сидите, — рявкнул он и направился к примеченному магазину с изображением бутылки на витрине.

Подобное реклама явно обещала не самое лучшее, но прекрасно прочищающее мозг пойло. Имевшимся в машине дорогим и изысканным молодым вином здесь было не справиться.

* * *

Мышкина-Воробейчик сидела посреди семейных покоев на пятидесятом этаже, бездумно рассматривая пейзаж за окном. Казалось, что облачная «пелена» стала продолжением потолка. В этот момент картина показалась ей очень символичной. Мол, почти дотянулись, но все равно вырваться из статуса «червей» пока не удалось.

Со стороны одной из ванных комнат раздались резкие страшные звуки, заставившие Александру перевести взгляд на перевернутый столик и невольно поморщиться.

Отец ворвался в покои минут пять назад с грохотом и гамом. Пьяный в умат он орал что-то про «пропади оно все пропадом», не забывая прикладываться к бутылке явно дешевого пойла. Охрана, конечно, аккуратно пыталась помешать сему увлекательному процессу, но Юрий Васильевич демонстрировал смекалку ворона и гибкость змеи, раз за разом прикладываясь к таре.

— А-а-а-а… вот ты где! — заметил мужчина родную дочь.

Вернее, судя по тому, как неловко он ткнул пальцем куда-то в сторону без малого Александры, аж несколько «вариантов».

— Нам конец! — счастливо объявил медиамагнат, приняв собственное же заявление за очередной тост.

С настойчивостью носорога мужчина попер в сторону Саши, явно надеясь разделить с ней радость от подобного открытия и остатки коньяка в бутылке. Тот факт, отец ее может просто прибить за такие выходки, в голову журналистке если и пришел, то был тут же с негодованием отвергнут. Юрий Васильевич ни разу не поднимал руку на дочь. «Может, и зря…» — пришла ей в голову неожиданная мысль.