Девушка бросила быстрый вопросительный взгляд на Федора. Тот продемонстрировал ей небольшую капсулу с таблеткой внутри. Миг, и она скрылась в девичьей ладошке.

Бах!

На пути хозяина таки попалось препятствие в виде стеклянного столика. Разминуться они не смогли, а потому по залу разнесся звон битого стекла и звук падения чего-то крупного и явно живого.

Живость свою это «чего-то» демонстрировало бессвязным матом.

— Папа, папочка! — запричитала любящая дочка и метнулась вперед, чтобы помочь главе семьи встать.

Получилось не сразу. Разница в весовых категориях была раза в два. От идеи пришлось отказаться.

— Еще! — взревел усаженный среди осколков и обломков Юрий Васильевич, требовательно протянув руку в пустоту.

Один из телохранителей тут же сунул в нее предупредительно открытую бутылку. Да, начальник охраны попытался убедить шефа остановиться, но не исполнить прямой приказ никому и в голову не пришло.

Медиамагнат сделал большой глоток и поморщился. Это пойло оказалось куда как противнее предыдущего.

— Закуси, папочка! — «заволновалась» любящая дочурка, сунув мужчине освобожденную от капсулы таблетку.

Тот на автомате закинул ее в рот и разжевал. Эффект наступил практически мгновенно. Лицо Юрия Васильевича застыло неприятной маской. На нем последовательно сменились удивление, отвращение, а затем и понимание, что именно с ним сделали.

Эффект превзошел все ожидания. С неотвратимостью покинувшей шахту ракеты он поднялся и все больше набирая скорость, рванул к одной из ванных комнат. Да, подобная таблеточка приводила человека в норму практически мгновенно даже в таком состоянии. Но сброс интоксикации — не самое приятное дело.

— Бу-э-э-э-э!.. донесся до чуткого слуха девушки звук очередного спазма.

Однако она не то что не поморщилась, но и внимания на это не обратила. Куда больше ее волновал вопрос, как именно объяснить отцу сложившуюся… ситуацию.

Юрий Васильевич вышел в коридор через три минуты, не обращая внимания на то, как струи вода с волос портит белую дорогую сорочку. Взгляд его был зол, собран и совершенно трезв.

— Благодарю, Александра, — кивнул он дочери, после чего обвел взглядом силовиков клана. — Федор, задержись. Все остальные свободны.

На то, чтобы остаться в центральном зале арендованных на пятидесятом этаже «представительских покоях», понадобилось всего несколько секунд. Еще полминуты глава семьи потратил на поиск комма и ввод запроса.

— Это что? — негромко спросил он.

Саша отвела взгляд. Девушка прекрасно умела отличать риторический вопрос от требующего ответа.

— Знаешь, мне уже не очень и интересно, — честно признал Юрий Васильевич. — А вот Архиповым — очень даже.