Судя по звукам, сестренка сделала шаг к выходу с кухни. Но ее тут же остановило негромкое замечание Бешенной:

— С Катериной.

Второго шага не последовало.

— А… ну тогда ладно! — решила Света.

— Я могу сходить разбудить! — заверила Юсупова таким тоном, что клановец принялся вспоминать, не забыл ли он включить «шумы» сегодня утром.

По всему выходило, что и нет. Так за что ж такая немилость?

На плечо молодого человека легла легкая ладонь. Мужайся, мол! Все равно достанут.

Волконский кивнул и шагнул «навстречу приключениям».

— Всем доброе утро, — тоном жизнерадостного дебила объявил он. — Особенно мне!

Все взгляды сошлись на нем.

— Любимый братик! — тут же обрадовалась сестренка.

— Ага… — аккуратно подтвердил Павел, чувствуя какой-то очень большой подвох.

— Скажи мне, это нормально⁈

Молодой человек только головой покачал. Это ж как сестренку зацепить должно было, что ТАКИМ образом мысли формулирует. Да и, самое главное, что ей отвечать?

— Понятие нормы у каждого свое, — дипломатично предположил клановец.

— Да что ты говоришь… — восхитилась умом и сообразительностью брата Светлана. — Хорошо… Кто еще считает, что привезти посреди ночи на завод журналистку для пыток — нормальная идея?

Народ призадумался. Никто слова против, в принципе, не сказал. Но и речи поддержки как-то не прозвучало.

«А что, ее уже пытают?» — хотелось было переспросить клановцу. Он сдержался.

— Давай по порядку, — вздохнул молодой человек негромко.

Вот чего он не давал, так это приказа на форсированный допрос.

— Да мне не жалко, — пожала плечиками Волконская и принялась рассказывать.

История получалась… самой обычной. Гвардейцы посреди ночи привезли Мышкину на завод, где и заперли в одном из пустующих удаленных помещений под охраной. Так как Павел никаких уточнений не давал, доклад о происшествии лег на стол к Светлане уже в семь утра (абсолютно нормальный ход вещей, если не было иного приказа). Надо понимать, что девушка слегка удивилась подобным новостям. И даже изволила переговорить коротко с «пленницей». Та, естественно, на жизнь-то и пожаловалась… в том числе на условия содержания, беззаконие и нарушение каких-то там ее прав.

— У кого-то была интересная ночка? — равнодушно прокомментировала «принцесса», отхлебнув глоток чая из кружки.

— Виктория! — тут же возмутилась Волконская.

Юсупова пожала плечами. Мол, а что такое-то?

Остальные просто промолчали. Не самая, знаете ли, шокирующая новость, произнесенная в этих стенах.

— Ты что, ее отпустила? — с любопытством поинтересовался Павел.

— Да что ты такое говоришь! — тут же выдохнула девушка. — Не я ловила, не мне и освобождать. Просто некоторых людей заложник за стенкой… несколько нервирует.