Бз-з-з-з-з!

В звенящей тишине вибрация комма прозвучала так громко, что услышали ее все.

Павел обвел глазами окружающих. Ни один из них не двигался. Словно бы каждый ждал, чтобы дать возможность клановцу поговорить.

Повинуясь непонятному импульсу, Волконский нажал пиктограмму ответа.

— Паша, ты что творишь?!! — взвизгнул динамик голосом сестренки.

Большой палец правой руки едва ли не сам собой обрубил вызов.

— Она никуда не пойдет, — сообщил парень.

Бз-з-з-з-з!

И вновь все уставились на юношу, будто в руках у него был вовсе не коммуникатор, а как минимум детонатор со схемой «рука смертника».

Ответ.

— Ну, — коротко предложил Волконский, не сводя взгляда с «пиджаков».

Все-таки стоило забрать оружие из глайдера.

— Паша, подумай, пожалуйста… — уже куда спокойнее прозвучал голос сестры.

Хотя нет, тут все-таки куда больше подходило определение «ровнее». Парень отчего-то был уверен, что Светланка сейчас дальше от душевного равновесия, чем он сам от дзена.

— У тебя нет аргументов, нет сил противостоять «палачам»…

Павел слушал. Крайне невнимательно. Слова сестры лились потоком, успокаивая и расслабляя… А в это время Валя с Настей намечали бросок. Своих обе привыкли защищать до конца. «А ничо тот факт», что для этого Волконского придется немного «потушить» ни одну не смущал совершенно. Равно как не остановила бы необходимость вырубить раненного для проведения операции в полевых условиях.

Пришлось Павлу срочно дать отбой сестренке. В голове шумело. Мысли путались. Парень и без того не очень понимал, как именно он оказался в такой ситуации, да и позитивного виденья разрешения сложившейся коллизии у него тоже не было.

Пара «пираний» замерла, прекрасно поняв, что клановец их видит. При таких раскладах двигаться вперед смысла не было. А ну как чего учудит сорвавшийся с нарезки парень.

Бз-з-з-з-з!

В этот раз Волконский решил не отвечать. Аналитик ему тут не поможет. Ясно было и так — он в полной заднице!

Напряжение росло и вот-вот должно было «прорваться» так или иначе…

«Пиджаки» вновь сделали шаг вперед. С каким-то мазохистским удовольствием Павел ударил того, что был слева. Просто и грубо. Кулаком в лицо, вложив все, чему его когда-либо учили.

— Ар-р-р-р-р! — рыкнул глухо парень уже через миг.

Кулак взорвался болью, как если бы он ударил по кирпичной стене.

Однако «палач» пошатнулся и… все! Даже не отступил, не говоря уже о потере равновесия. А вот в костяшки Волконского как-то неприятно хрустнули.

Этот же неваляшка" лишь покачнулся на пару сантиметров и замер, равнодушно глянув на Павла. Его напарник встал рядом. Оба выжидающе уставились на Волконского. Вот только не было ни в одной паре взглядов злости или ненависти. Даже интерес не промелькнул. Сколько они таких уже видели…