— Ти-мур… — наконец-то справился со сложным именем поклонник Бахуса. — Слушай, Тимур, я ж тебе проблем устрою… Отвечаю… Владелец мой друган по жизни, понял, на?..

— Ага, ага, — согласился пухляш.

Кого он только не встречал за стойкой круглосуточного алкогольного магазинчика на окраине столицы. Захаживали к нему бандиты-авторитеты, генералы СИБ и даже одноклассники императора. Особенно часто они бывали ближе к утру. А уж осенью и весной так и вообще косяками шли.

— Не, я тебе отвечаю…

— Как же вы все надоели, — вздохнул продавец.

Все равно так и держащийся за его жилет «друг владельца по жизни» дошел уже до той стадии, когда слышал только себя.

— Ты вообще вдупляешь, что я на «этажах» жил⁈ — все больше горячился пьянчуга.

Тимур поморщился. Не стоит так. Клановцы очень не любили, когда что-то выдавал себя за «небожителя» без достаточных на то оснований. Впрочем, кто бы этого идиота здесь услышал?..

Но все же…

— Ты бы аккуратнее! — без всяких эмоций выдавил из себя продавец, отвернувшись в сторону.

Во-первых, так меньше чувствовался запах нечищеных зубов и алкогольного духа, и, во-вторых, молодой человек подсчитывал весящие на витрине пачки чипсов, лениво размышляя, не стоит ли вынести еще из подсобки.

— А то че, а!.. — завопил пьяница. — Че они мне сделают-то⁈.. Да я!..

ВЖУ-У-У-У-УХ!

Давящий солидный гул заставил вздрогнуть стекла, отдаваясь в теле неприятной дрожью.

На парковку перед входом тяжело рухнул тяжелый глайдер. Явно военный. И на бортах его красовались…

— Гербы! — удивленно протянул Тимур.

Кулак на его жилете сжался так, что костяшки побелели… под стать лицу «друга владельца».

Тем временем аппарель пассажирского отсека откинулась и на потрескавшийся асфальт выпрыгнула фигура. Молодой парень в шикарном костюме, не обращая внимание на гул движителей и нарезавшую над стоянкой круги вторую машину, быстрым шагом вошел внутрь.

— ПРОСТИТЕ-Е-Е-Е!!! — завопил во все горло пьяница, падая наземь.

Раздался глухой удар лба о кафель.

Очередной гость и продавец несколько секунд рассматривали лишившееся чувств тело.

— Самоубился? — с интересом спросил сам себя Тимур и с легкой надеждой в голосе и… застыл, поняв, кто именно перед ним.

— Да? — с некоторым удивлением поинтересовался парень, словно бы с бала явившийся в захолустный магазинчик.

— Нет, — как в тумане покачал головой продавец.

Вот теперь ему стало страшно.

— Но он в порядке будет? — продолжил допрос пугающий до медвежьей болезни гость.

Удивительным образом его негромкий голос был прекрасно слышен даже сквозь шум движителей снаружи.