— Благодарю, — вполне искренне произнес Павел.

Назвать произошедшее иначе, чем жестом доверия было сложно.

— Также в ближайшее время представлю тебе офицера связи.

И тут молодой человек вынужден был склонить голову. Без особого возмущения даже. Он действительно продемонстрировал умение в последнее время решать задачи очень высокого уровня. А значит, что и контроль над ним будет усилен. Ничего неожиданного. По расчетам Светланы, это должно было случиться намного раньше. Вот только…

— А как же Анастасия? — поинтересовался Волконский.

Все-таки привык он к Мыши. Жалко будет, если ее заменят.

— Пока все остается как есть, — равнодушно пожал плечами цесаревич. — У нее другие задачи.

Молодой человек кивнул. С благодарностью, наверное, даже.

— Павел Анатольевич, — неожиданно тон Долгорукого изменился.

Отчего-то у клановца возникло странное чувство, словно он сдает сейчас тяжелый и важный экзамен.

— Скажи мне, зачем ты… — сюзерен выдержал расчетливую паузу. — Сделал это с Анной Архиповой?

Волконский глубоко вздохнул и чуть медленнее выдохнул. Короткая «медитация» дала время собраться с мыслями.

— Что именно «сделал», Константин Дмитриевич? — уточнил он ровно.

— Ты не мог не понимать, что после такого эфира Демидовы будут просто обязаны ударить в ответ…

— … По ее сюзерену, — аккуратно «перехватил» фразу клановец. — Сейчас Анна Михайловна на первом этаже заканчивает оформление вассального договора и подтверждает свой выбор для внесения в Бархатную книгу.

Хозяин кабинета кивнул. Если бы сейчас выяснилось, что Павел таким образом попытался отомстить Архиповым за то, что те втянули его в эту «игру», он бы… разочаровался. Чисто по-человечески. Нет, беспокойный опричник остался бы в его колоде инструментов как хороший «молоток», но это было бы его пределом. В «ближний круг» он не попал бы никогда. Просто из-за разницы в ответе на вопрос: «Что такое плохо?».

— Допустим, — кивнул цесаревич бесстрастно. — Но тогда попрошу тебя объясниться. Я должен понимать, с кем работаю.

Клановец кивнул. Логичное желание. Первого вопроса он дожидаться не стал.

— Это была операция по вербовке нужного мне специалиста, — спокойно ответил опричник.

Константин Дмитриевич сделал приглашающий жест ладонью. Продолжай, мол, чего замолчал-то?

— Учитывая мои очень непростые личные отношения с Архиповыми… — спокойно начал молодой человек.

Сюзерен едва заметно хмыкнул. Отношения в клановом мире простыми не могут быть по определению. Но его опричник и впрямь удавался создать очень уж необычные «комбинации».

— … Я вынужден был учитывать их возможное противодействие «трансферу» Анны Михайловны, — продолжил молодой человек. — После ее репортажа и выхода под софиты образе Рины Воробейчик Ярослав Романович решил, что актив стал слишком опасным.