Сейчас же…

— Отец! — естественно, наследник в таком состоянии был не способен «сидеть на попе ровно». — Они утопили «Донского». У всех на глазах!

Взорвавшееся сверхновой в груди мужчины чувство мести просто требовало удовлетворения.

Патриарх кивнул. Нарочито сдержано и неторопливо.

Да, это было неприятно. Речь шла не о какой-то лодчонке, а о стапятидесятиметровом контейнеровозе. Но, с другой стороны, пока даже неизвестна степень повреждений. Вполне возможно, что его довольно быстро можно будет вернуть в строй.

Вот только после того, что обнаружилось на борту судна, люди государевы вообще близко никого не подпускали к буквально завалившемуся набок у берега транспорту. И Анатолий Григорьевич сильно сомневался, что в скором времени люди клана смогут взойти на борт, чтобы хотя бы оценить ущерб.

Однако это всего лишь операционные расходы. «Дебет-кредит», проще говоря. Именно эту мысль он пытался донести до наследника.

— «Дмитрий Донской» сейчас неглавная проблема, — сухо скрипнул старым такелажем голос Главы.

— А какая главная⁈ — вновь повысил тон наследник.

Старшему Демидову очень хотелось ответить коротко и честно: «Ты.».

— Сядь, — спокойно потребовал старик.

Привставший было Артем плюхнулся обратно в кресло, безжалостно сминая свой щегольский дизайнерский, но такой непрактичный пиджак.

— Теперь говори.

— Я решу вопрос! — воскликнул наследник с жаром.

Несколько секунд мужчина собирался с мыслями.

— Я могу подать жалобу на!..

— Неэффективно, — спокойно, но веско оборвал сына старший Демидов.

Артем осекся. Однако все-таки смог обуздать эмоции. И даже заставить себя думать.

Прежде чем обращаться к людям государевым, нужно сначала объяснить, откуда на борту контейнеровоза взялось столько всякого-разного, законом совершенно не одобряемого.

— Личная месть Волконскому? — уже чуть спокойнее спросил он.

Старик не шелохнулся.

— На каком основании? — ровно поинтересовался Глава.

Артем осекся. Сама постановка вопроса была ему непонятна… Этот мальчишка же во всем сознался! И даже видео выложил в Сеть! Да, лишь в теневом сегменте. Но все заинтересованные лица в курсе, кто именно это сделал.

— Но отец?.. — удивленно приподнял брови мужчина.

«Хоть на кресле прыгать перестал…» — устало оценил Патриарх поведение сына. И то хлеб. Пусть и залежалый. В его возрасте Всеволод Григорьевич войну вел на два фронта, выгрызая зубами право Демидовых быть. К моменту рождения сына основной «накал» уже сошел. И мало кто рисковал бросить вызов представителям его Семьи… Возможно, оно и зря.

— Подумай, — вздохнул мужчина. — Что можно сделать?