— Не стерпел? — невинно поинтересовалась Настя, откусывая очередной кусочек крекера.
Бум!
Отчего-то прилетело вновь Волконскому.
Несколько секунд здоровяк стоял с «пикантной подушкой» наперевес и прислушивался к чему-то своему.
— Полегчало, — чуть удивленно выдал он и… кивнул канцеляристке!
Та ответила похожим жестом. Мол, я же говорила.
— По фиг, — решил клановец, убедившись, что хозяин квартиры отложил подушку в сторону и принялся засовывать ноги в чуть растоптанные кроссовки. — Потом обсудим случившееся, но это…
Он указал пальцем на изображение.
— А, — отмахнулся Фил. — Когда у меня с Алиной не срослось, я Насте предложил встретиться!..
Павел нахмурился.
Подкатить яйца к даже не к офицеру СИБ, а к канцеляристке…
Он точно влияет плохо на окружающих!
Хотя, вероятнее всего, это была шутка… Или нет?..
Филипп же, пользуясь задумчивостью клановца, вышел из квартиры.
— А тебе-то… как? — поинтересовался Павел, разглядывая изображение.
Судя по тому, что он видел, «картинка» могла быть вполне фотографическим.
Канцеляристка пожала плечиками.
— Ну, подарила и подарила! — вздохнула она равнодушно. — Чтобы не горевал! И… За смелость!
С этими словами девушка развернулась и исчезла в кухне, оставив Волконского и его секретаря, рассматривать забытую в коридоре «картину». Да, стратегические места Настя-на-фото прикрыла. Не слишком старательно, но…
— Черте что, — сообщил неизвестно кому Павел.
— И сбоку бантик, — согласилась Катерина.
Молодой человек кивнул.
Бантик был. В волосах. И он же оказался единственным кусочком ткани на теле напечатанной на подушке Мыши.
Глава 8
Глава 8
— Какой кошмар, — сокрушенно покачал головой мэр Красноуральска, приподнимаясь из рабочего кресла. — Криминальный элемент в кабинете главы города. Куда катится этот мир?
Вопреки своим словам Аркадий Алексеевич вышел из-за стола и протянул руку гостю. Тот ее с удовольствием пожал.
— Не бандиты мы, — привычно отмахнулся он. — Честные люди. Много десятилетий уже как.
— И авторитетные, — согласно кивнул хозяин кабинета, старательно поддерживая самое серьезное выражение лица.
— Я предпочитаю слово «уважаемые», — словно бы в контраст старому другу улыбнулся Полоз.
Мягкое выражение лица, седые волосы и «профессорские» очки и впрямь придавали ему вид добродушный, безобидный и весьма благообразный.
— Ну-ну, — покачал головой Мышкин, но ту же без перехода бухнул. — Кофе, чай, чего покрепче?
Обошлись без крайностей.
— Ну да, — согласился гость, и тут же кого-то процитировал. — «Ну что, по чуть-чуть и за работу?»…
Мышкин заинтересованно обернулся.