Алена слушала внимательно. Но сама рот открывать пока не спешила.

— Сейчас твоей жизни ничего не угрожает.

Девушка кивнула, принимая объяснение.

— Реабилитацию начнем через два дня. Тогда же будет принято решение о косметологическом вмешательстве.

На последних словах Алена навострила ушки.

— Да, сестренка, — хмыкнул Павел, достаточно демонстративно показывая, как именно относится к их далекому родству. — Если в тебя попадает пуля, то, представь себе, появляются входные и выходные отверстия. В тебе три первых и два вторых.

Пациентка задумалась.

— Одна из пуль застряла в легком, — объяснил он такое «неравенство». — Наши целители извлекли ее шесть часов назад. Кстати, можешь гордиться. Оба твоих лечащих врача носят фамилию Кошкиных.

Алена не шелохнулась. Хотя попасть на прием к Адольфычу даже в клане Волконских могли далеко не все.

— Возможно, тебе интересно, что именно я собираюсь с тобой сделать?

Взгляд девушка не отвела. Ни на миг клановец не заметил в ее поведении потери самообладания.

— Ни-че-го, — по слогам сам себе ответил парень. — Но с этого дня ты работаешь на меня. С чем именно тебя и поздравляю.

Глазки Волконской сверкнули. Всего на миг. Но этого было достаточно.

— Понял, — согласно кивнул он. — Ты думаешь, что у тебя есть выбор? Поверь мне, это не так.

Взгляд Алёны Ильиничны застыл. Не привыкла жительница «этажей» к такой откровенности.

— Тебе письмо, — коротко объявил Павел, доставая из внутреннего кармана сложенный вдвое листок из блокнота.

«Сестренка» не стала играть в неприступную принцессу. С некоторым трудом она приподняла руку и развернула послание.

— Сейчас удобнее будет, — пообещал Волконский и сделал шаг к пульту управления.

За несколько секунд верхняя часть больничной койки приподнялась на сорок пять градусов.

На прочтение короткого послания от отца ей понадобилось пятнадцать секунд. Еще две минуты для осознания. Однако решение она приняла верное:

— Что мне нужно будет сделать?

Определившись с ближайшим планом действий, она больше не сомневалась.

— Для начала поработать с нашим специалистом по психопрограммированию.

Алена вновь замолчала.

Парень же решил тишину не прерывать, а потому просто развернулся к выходу.

— Павел Анатольевич.

Оклик догнал его в тот миг, когда клановец уже взялся за ручку двери.

— Я тебя все равно ненавижу, — объявила Алена, едва молодой человек застыл.

— Убить хочешь? — просто спросил он.

Девушка задумалась. Всерьез.

— Нет, — наконец решила она, даже удивившись, куда же делось еще недавнее чувство разрушительного желания отправить именно этого Волконского на тот свет.