— А почему фон зелёный? — тут же спросил я, — У атаковавших базу Руйда бойцов эмблемы были жёлтыми…

— А это, мой далёкий от символики империи друг, тебе вряд ли кто-то скажет. Я сам знаю только, что цвет эмблемы меняется каждые 500–600 лет и идёт строго по спектру. Значит, этот корабль либо относится к новейшим разработкам, либо ему уже несколько тысяч лет. Не знаю, где его нашли или украли пираты, но нам этот орешек, похоже, не по зубам.

— И что, мы его просто бросим здесь?

— У тебя есть другое предложение? — спросил капитан, поднимаясь и делая шаг к выходу.

— Ты сказал, что шанс на успех около 40%, — упрямо сказал я, — Я готов рискнуть. Объясни мне, что нужно делать, а сам садись в игнис. Если что-то пойдёт не так, то вынесешь ворота ангара и уйдёшь в космос.

— Если успею, — добавил человек.

— Если успеешь, — не стал спорить я.

Таваль надолго задумался. Пока компаньон взвешивал наши шансы на успех, я успел несколько раз обойти кабину и изучить обстановку. Всё было строго и функционально, единственным выбивавшимся из общей картины предметом интерьера оказался большой белый постамент в центре помещения.

Если примерное назначение остальных приборов я смог определить, порывшись в памяти пилота, то зачем нужна эта штука, я понять так и не смог. Я провёл рукой по шершавой неровной поверхности. Не стол, не прибор, тогда зачем он здесь. Ощущения от поверхности были очень приятными. Я неожиданно подумал, что лежать здесь в основной форме было бы очень приятно. Мои размышления прервал голос человека.

— Ты плохо на меня влияешь, шонг, — зло сказал Таваль, — Не знаю, как тебе это удаётся, но ты снова смог меня убедить. Я готов попробовать.

— Объясни, что мне делать, — сказал я, подходя ближе к напарнику.

— У нас нет пары недель на твоё обучение, — ответил капитан, — Слишком много нюансов. Снимать модуль буду я. Так что дуй в свой снапп и будь готов к старту.

— Так не пойдёт, — возразил я, — Моя идея, мне и рисковать своей шкурой.

— Занять место пилота и быть готовым к старту! — неожиданно рявкнул Таваль, — Это приказ, Гирт! И он не обсуждается!

Я почувствовал в словах этого хрупкого человека несгибаемую волю, настолько сильную, что моя шея, невольно стала выгибаться в позу подчинения, и мне с трудом удалось остановиться. Такое со мной бывало только от рыка Чёрного.

— Я должен знать, что происходит, — сказал я. Спорить сейчас не стоило, но просто покорно уйти я тоже не мог.

— Хорошо, мой упрямый друг, — улыбнулся капитан и хлопнул меня по плечу, — Я буду на связи, и ты услышишь всё, что будет происходить здесь. Такой вариант тебя устраивает?