— Что стряслось? — сходу перешел он к делу, подталкивая меня к входу в зал — Дверь я сам запру. Кстати, в прошлый раз один замок ты запереть забыл. Расслабился?
— Есть такое — признался я чистосердечно — Главная цель достигнута. Я решил, что больше никому не нужен. И расслабился чуток. Но уже взбодрился — это я на полном серьезе. Приснился мне тут один кошмар… глупо будет звучать, конечно…
— Ты рассказывай, рассказывай — ободрил меня Пал Палыч — А я уж сам решу что тут глупо, а что опасно.
— Бутербродничать будете?
— Уже перекусил. Крепкого чай выпью. По рецепту старшего Грохотова.
— Ых — скривился я.
Крепчайшая сладкая бурда, что, несомненно, бодрит, но заодно чернит зубы и оставляет в желудки прожженные каверны. Но делать нечего. Заварил почти что чифиру и подал. Ну и себе плеснул… неожиданно для самого себя. А после нескольких глотков обнаружил, что ранее презираемое отцовское пойло мне начинает нравиться.
Святые угодники…
Неужто во мне запоздало пробуждаются отцовские гены?
Пока размышлял о личном и заодно пересказывал сумбурный и дикий рассказ, обнаружил еще кое-что — появилась стройность в повествовании. Вспомнил позабытые мелкие детали упомянутые Бомы. Бокал опустел. Встав за очередной дозой, увидел, что Пал Палыч и Кира склонились над тетрадным разворотом и записывают все мною сказанное. Орб медитировал с полуприкрытыми глазами, раскачиваясь на стуле. Но пустую кружку он мне протянуть не забыл и указал глазами на мой бокал. Хочешь такого же? Это ты зря, гость заморский. Эту чифирную бурду российских моряков понять сможет далеко не каждый…
Так и случилось.
Первый глоток заставил Орбита выпучить глаза. Он отодвинул от себя кружку и опасливо на нее покосился. Но затем… по его лицу разлилось блаженство…
Черт… в глубине души я надеялся, что он покатится по полу со сдавленными стонами и выкриками.
Отхлебнув сам, продолжил рассказывать. Орбит начал помогать, причем говорил быстро и четко. Не иначе чай по отцовскому «жутко секретному» рецепту — вытряси в чайник с кипятком пачку чая и кулек сахара — что-то растревожил в его мозгу. Вдвоем мы быстро довершили дело. И облегченно затихли.
— Ага — кивнул Пал Палыч, поправляя очки — И ваш друг Бом прибудет через пять часов. Уже через три с небольшим. И жить будет здесь.
— Ну… — задумался я — Нет.
— В плане доверия нет? Есть какие-то сомнения?
— Нет. С доверием все в порядке. Но… мужиков в доме сейчас как раз и больше не надо — признался я — Не ревную. Но Кире будет тяжеловато жить среди сугубо мужской компании.
— А что скажет мама Лена… — оторвалась Кира от кофе — Я знаю, что она скажет. И ее слова не понравятся никому.