Едва я это понял — на душе стало легче. Непонятностей нет. Есть чей-то тайный умысел. И меня в него впутали. А раз сумели это сделать — я каким-то образом сюда точно замешан. Как-то меня сумели сюда подвязать. Осталось узнать как именно — и постараться «развязаться». У меня сейчас своих забот выше крыши.

Жизнеслав…

Тут я и понял, что во мне «гудит» — это желание немедленной развязки.

Мне страшновато — после такого нагнетания само собой! — но при этом я прямо изнемогаю от желания закончить все прямо здесь и сейчас. Пусть вот прямо сейчас вылетит от молодецкого удара дверь и в квартиру влетят субчики с занесенными гад головой веревками и канистрами с керосином. А я встречу их достойно и вышибу обратно за дверь. Вот чего я хочу — открытого прямого боя. Как всегда и было в моей жизни. Я блин дитя противостояний — не таких, где тебя подло сжигают заживо в запертом помещении, а таких, где ты принимаешь мордой прямой удар и отвечаешь тем же. Пусть противников зачастую больше и тут поможет не прямой бой, а хитрая тактика — но нет. Не мое.

Я из тех, кто отрывает пластырь разом, а не тянет потихоньку за краешек, скрипя зубами и подвывая.

Пусть враг явится прямо сейчас. Идеально — если после короткого уверенного стука за дверью раздастся уверенный голос: «Ростислав? Это Жизнеслав. Надо бы переговорить. Выйди-ка на пару минут». И я бы вышел!

И плевать что звучит бредово. И плевать, что это почему-то звучит так, будто я остервенелая моська злобно лающая на неспешно шагающего грозного мамонта.

Хотя почему мамонта?

На дракона лающая!

О… еще одно запоздалое открытие — у него имя заканчивается как мое!

Ростислав. Жизнеслав.

У него даже покруче — он жизнь славит. Идеальное имя для высочайшего жреца светлой богини Ивавы.

Подавшись к экрану ноутбука, вывел на него активированный мессенджер Вальдиры, тихонько позвал:

— Жизнесла-а-ав… выходи…

И беззвучно рассмеялся, зажимая рот руками.

Идиот…

Или же меня накрывает Затухание явившееся в реальном мире? Слишком уж надолго я в нем задержался. Пора в Вальдиру. Из ноутбука никто не отозвался — а в глубине души я этого боялся. Глянул на мерцающие цифры.

Ого…

Я просидел в ожидании полтора часа. Через полчаса нам нырять в Вальдиру. А еще через полчаса громадный флагман уже должен быть в движении и полным ходом направляться к особым координатам.

И где Бом?

От заморского гостя пока ни слуха, ни духа.

Набрал номер. Пал Палыч ответил на втором гудке.

— Проблемы?

— Все в порядке — успокоил я его — Гость наш так и не звонит и не пишет.

— Ясно. В аэропорт я встречающего уже послал. Три самолета задерживаются по моим сведениям — Рим, Прага и Братислава. Дождемся.