— Что с «саркофагом»? — поинтересовался мечник Жора.

— Его внешние устройства частично разрушены, из них выходят струи пара и вытекает всё та же слабо светящаяся алхимическая бурда, — пожав плечами прокомментировал мужчина то, что мы и так могли видеть. — Внутри освещённое пространство, в котором находится закреплённая на ложементе девушка. Судя полученному от раненого Бажаева описанию, та самая рабыня, пропавшая из лёгкого вездеезда.

— Мертва? — громко спросила Эйдис всё ещё занятая телом Николаса, и громкий звук ломающейся кости заставил меня резко обернуться в её сторону и слегка приоткрыть рот.

— Что она делает? — тупо спросил я, с лёгким шоком глядя на обмотанную какой-то плёнкой и бумажной клейкой лентой верхнюю часть тела погибшего чародея, упакованную, можно сказать, в прямоугольный брикет.

Чаровница же в этот момент в окровавленном фартуке и с натянутыми почти до плеч специальными перчатками возилась с нижней частью разведчика. Сложив серию печатей и дождавшись пока её ладонь не засветится серо-синим цветом, она с профессиональной точностью вогнала получившиеся чары в правое бедро трупа.

Раздался всё тот же противный хруст, а затем ещё один, когда женщина выбила ему колени и лодыжки. После чего быстро, словно проделывала нечто подобное каждый день, завязала изуродованные ноги мертвеца почти в узел и, подогнув к нижней части тела, быстро обмотала получившееся бумажной лентой и тут же начала оборачивать извлечённой из поясного кофра плёнкой.

— Она упаковывает тело для переноски, — ответила мне тётка Марфа. — Так, чтобы оно поместилось в её рюкзак для трупов. Видимо, ядро не только цело, но ещё и живо, а значит, можно извлечь плод. А так как никто из нас делать этого не умеет, этим займутся в Тайном Посаде. После чего останки предадут огню.

— Эм… — я гулко сглотнул, рефлекторно потерев имплантированную мне в грудь крышку, прикрывающую кристаллизованную часть души. — Но до Уральских гор ещё ехать и ехать… Он же за это время…

— Тупоноски у чаровников Бажовых с небольшим секретом, — произнёс мечник Жора. — Внешний источник, а точнее, сам чаровник через специально нанесённые на спину рюкзака печати будет поддерживать ядро в течение почти двух недель. Тело при этом не портится из-за продолжающейся циркуляции живицы.

— А душа? — спросил я. — Она же, ну… в Ирии уже должна быть!

— А кто его, кроме верхов жреческой иерархии, знает, — пожал плечами, кажется, всё-таки Олаф, теперь уже второй взрослый мужчина-Бажов в нашем отряде. — Может, при ритуале она временно возвращается, чтобы закончить свой жизненный путь и оставить наследство в этом мире.