— Это действительно смена охраны КФМа, — хмуро произнес племянник, стараясь не смотреть главе рода в глаза. — Мертвых нет, однако все находятся в состоянии, близком к анабиозу. Судя по внешним признакам, к ним применили улучшенное зелье сна. Через пару часов они должны очнуться, если заранее не вколоть антидот.

— А он у нас есть? — вкрадчивым тоном уточнил Василий Игнатович.

— Только тридцать ампул, — ответил племянник. — Остальные подвезут в течение часа.

— В таком случае коли антидот в первую очередь старшим смен и тем, кому сочтешь нужным, приводи их в порядок и отправляй в мой кабинет. Необходимо понять, что все же там произошло, и как их сумели незаметно спеленать, — велел глава. — Я ведь не ошибся, с фабрики не поступал сигнал «Тревога?»

— Нет, — покачал головой племянник. — Связи с ними сейчас тоже нет. Мы уже несколько раз пытались связаться.

Наследник рода Булатовых обнаружился недалеко от кабинета отца. Он был крайне зол, о чем оповещал окружающих, используя крепкие заковыристые выражения.

— Расскажешь обо всем в кабинете, — велел Василий Игнатович, останавливая сына.

Войдя в свой кабинет и плеснув себе полстакана виски, мужчина сделал большой глоток и, не почувствовав вкуса крепкого напитка, уселся на свое место.

— Рассказывай, — произнес он, посмотрев на наследника.

— У нас завелся крот, — с ходу ответил злой Архип. — Перепуганный журналюга клянется Спасителем, что подписанный документ — подлинник. Он точно не отпечатан. Чернила — настоящие. Сказал, что проверка в таких ситуациях обязательна. Вероятно, кто-то просто подсунул тебе письмо на подпись в кипе бумаг. Кроме того, все усугубляется тем… — Сын выдержал паузу, тяжело вздохнул и продолжил. — Что этот крот влез в мой компьютер, изучил почту и именно с нее отправил журналисту текст статьи, предупредив о прибытии заказного письма. Кроме того, он не забыл разобраться с системой оплаты и перевести журналисту гонорар за работу.

Наследник рода замолчал, после чего в кабинете на несколько минут установилась полнейшая тишина.

— Это что же получается? — через некоторое время произнес Василий Игнатович. — Все улики указывают на то, что мы сами отправили это письмо в редакцию газеты? И оспорить его подлинность нам не удастся? Чудненько!

— Получается так, — произнес наследник и добавил. — Но если все так, то вырисовывается еще более неприглядная картина.

— О чем ты? — спросил Виктор.

— Боюсь, что раз им удалось получить оригинальную подпись на один документ, почему бы не предположить, что подобных документов у них ни один и не два? Вопрос только в содержании!