— Ты знал? — В яблочко! А то что-то вы слишком спеваться начали.

Кром багровел, тоже вращал глазищами, сжимал левый кулак, но молчал. Однако тут говорить ничего не нужно, однозначного «нет» не прозвучало, а значит:

— Знал, ты знал… Мрочьи выкидыши! — с некой горечью выдохнул Улаф.

— Сучка не захочет, кобель не… — начал заводиться и староста.

Готовых вот-вот схватиться бородачей остановил удар широченной ладони по столешнице. Лэрг вновь зафиксировал, кто здесь папа, поэтому открытая свара была прекращена, но угли пожара продолжали пылать под наносным безразличием, с каким отвернулись конкуренты друг от друга.

— Хватит! — помолчав заявил лэрг, ему явно понравилось начало, хоть он и не понимал, куда я клоню и зачем, но раскол требовался здесь и сейчас. С этой ролью мне удавалось справляться, — Мы здесь собрались не личные дела выяснять, кто на чью бабу слазил и кто дочь испортил, а разобраться что делать с тварями, какие запутывают и вовлекают всех черноягодцев, теперь можно говорить без всяких оскорблений в содомитские сети, а после вершат деяния против Империи. И это грозит всем вам страшной смертью! А вашим семьям рабством и рудниками в лучшем случае… А так, мало ли девок до замужества давали всем подряд? Многие. То, что ее решит взять замуж дурачок? Так что с этого? Бывает. Потом, поговаривают, из таких хорошие жены получаются. Поэтому, аристо, продолжай и побольше конкретики! — есть, сэр!

Напоследок расслышал задумчивое, полное горечи и разочарования:

— И из-за этой портовой шлюхи… Линий, Линий… — Кречет, Кречет.

— Шюха… Мрочья тварь… — рычал тихонько Тигр.

Отлично!

Складывающаяся на фоне возможных общих финансовых приобретений коалиция стала пусть не распадаться, но существенно не доверять друг другу. К врагам Волков добавился и Тигр, какому очень не понравилось, что его внучок «порченную» девку в жены выбрал.

— К чему я? Начнем с Закона. С того самого, про который говорят все. Закон, закон, закон! По нему сыны Народа всегда отличались верностью данному слову. Если они что-то сказали, умрут, но выполнят. Я все верно говорю? — практически любой за столом хотел возразить мерзкому ронецу, но приходилось соглашаться даже Волку и Медведю, — А раз так, то удивительно было бы, когда лучшие сыны вдруг начинают забывать об устоях предков, затем же все удивляются и вопрошают, глядя в небеса, как так?

— Ты…

— Тихо! — ударил уже я по столу ладонью. Звук получился хорошим, пусть не как от молотка, но молчать заставил, — Сейчас мое слово по праву! Хотели его слышать? — кроме лэрга, конечно, никто не желал, но это частности, — И я говорю. Дадут вам — выскажитесь! — и опять перевел на другое, — Вы хоть понимаете, что теперь вы все за этим столом, кроме меня, мага и лэрга, находитесь под подозрением?!