А более всего удивил Бова. Побывав вместе с Женькой в «аквариуме», где происходило сражение с земноводными, он смыл с себя годовой налет грязи, и выглядел сейчас эдаким изумрудно-зеленым херувимчиком, поблескивающим в лучах солнца, ярко освещающего полянку, на которой они сейчас находились. Сам же Бова, разглядывая себя, осторожно касался того или иного участка своей ярко-зеленой шкурки и досадливо морщился, оглядываясь вокруг, в поисках чего-то, способного несколько приглушить яркие цвета, появившиеся взамен того, что было еще совсем недавно. Женька же, наоборот чувствовал себя просто прекрасно, даже несмотря на усталость после произошедшей битвы, и некоторое чувство голода, появившегося из-за растраченной в бою энергии. Зато, наконец-то пропал зуд, преследующий его с того самого момента, как он оказался на каменоломнях, где хоть и имелся ручей с ледяной водой, но именно потому и не было возможности как следует промыть не только тело, но и волосы головы.

Никаких иных противников больше не наблюдалось, поэтому Женька, осмотрев режущую кромку своего, добытого в бою топора, остался ею вполне доволен и сунул временно ставший ненужным топор за цепной пояс, единственное на данный момент времени, что осталось у него из одежды. Поэтому немного смутившись. Все же трясти мудями он как-то не привык, даже в присутствии гоблина, который совершенно не обращал внимания на свою наготу, больше думая о том, где бы найти горстку пыли, чтобы избавиться от ярко зеленого окраса.

Пока приятели оглядывались по сторонам, и осматривали друг друга, вдруг появился кто-то третий. И случайно брошенный Женькин взгляд, заставил его тут же покраснеть, до самых корней волос, и постараться прикрыть свою наготу. Тем более, что на троне появилась особь женского пола. Впрочем, мгновением позже, до гнома дошло, что сидящая там не совсем женщина. Точнее сказать это разумеется женщина, но еще и богиня, причем не какая-то там непонятно чья, а его собственная. То есть не его собственная, а богиня, покровительствующая всем гномам, дворфам, кузнецам и воинам. А именно богиня Кари, во всей своей красе. Мысли, появляющиеся в Женькиной голове изрядно, путались, перескакивая одна на другую, именно потому он так долго соображал, пока до него наконец не дошло, кто именно находится сейчас перед ним, и что это вообще может означать. А еще в его голове шел странный как бы диалог между ним и самим собой, о том, стоит ли падать перед сидящей на колени, или нужно остаться на ногах. В конце концов, Женька все же вспомнил о том, что гномы ни перед кем не преклоняют колен. Будь то боги или короли, и в какой-то степени успокоился. Самым спокойным был, пожалуй, Бова. Скользнув взглядом по занявшей трон богине, он слегка пожал плечами, как бы говоря, не пришла и пришла, и продолжил поиски хоть чего-то способного удовлетворить его желания.