Сразу полезли в голову неприятные казусы, которые могут со мной произойти в этот момент: каблук подвернулся, запуталась в шлейфе, некрасивое падение или просто неуклюжая от волнения походка, которая неизбежно вызовет всеобщий смех…

«Так, Марина, прекращай мандражировать, ты взрослая женщина, а не сопливая трусливая девчонка! И ты не на красной дорожке, чтобы переживать, что что-то сделаешь не так и тебя в этом позоре снимут камеры!» — настраивала я себя и медленно продолжила подниматься наверх.

Каждый шаг давался всё сложнее, а внутреннее беспокойство только больше росло.

Ощутив неприятную испарину на лбу, я полезла в сумочку за салфеткой. Когда увидела в сумке золотую маску, вспомнила о ней. Точно! Сейчас надену её и плевать, как нелепо могу выглядеть. Всё равно меня мало кто узнает, а может и вообще никто.

На работу я одевалась скромно, по дресс-коду — белый верх, чёрный низ. В основном я носила строгую белую закрытую блузку с длинным рукавом и чёрные брюки. Волосы прилизывала и собирала на затылке в пучок или в скромный хвост. Минимум косметики на глаза и неяркую помаду на губы — таковы были требования руководителя.

То есть в таком расфуфыренном виде, в котором я сейчас, меня никто не видел. Так что я буду только рада, если меня не узнают.

А уж когда найду себе короля, там можно и раскрыться.

А может и не надо раскрываться, останусь загадкой, как золушка из сказки.

— Хи-хи, что-то слишком занесло мою фантазию, — тихонько хихикала я, надевая на лицо маску.

Продавщица оказалась права, маска и правда идеально мне подошла: прорези для глаз были именно там, где надо, не вызывая дискомфорта.

И чувствовать я себя стала гораздо уверенней, словно к этой маске прилагался волшебный бонус в виде смелости.

Прислушавшись, я поняла, что музыка сменилась на классическую и голоса ведущего больше не было слышно, значит уже вовсю идёт какое-то выступление. Тем лучше, пока все пялятся на сцену, я не так уж буду и заметна, ведь основной свет будет направлен на артистов.

Ускорив шаг, я поднялась до конца лестницы и застыла в изумлении, потому что у шикарных резных дверей с позолоченными ручками стояли два швейцара в голубых ливреях с белыми отворотами, в белых париках и с каменными лицами.

Ничего себе организатор вечеринки заморочился! И охота этим людям тут стоять?

Подойдя к ним, я как можно вежливей проговорила:

— Добрый вечер. — Мужчины, не проявив ни единой эмоции на лицах, молча поклонились.

Ну нифига се! И впрямь как во дворце у короля.

Также ни слова не говоря, швейцары раскрыли передо мной двери и у меня в буквальном смысле отвисла нижняя челюсть…