Но в ЦПК я занималась «по расписанию», а в расписании я на тренировки себе отводила от четырех до шести часов в день, не больше. Просто больше никак не получалось, других дел было невпроворот. Даже не смотря на огромную помощь Александра Николаевича дел была куча, ведь в стране столько всего нового и интересного творилось! И, как правило, почему-то очень недешевого, а где на все изыскать деньги, было…
В целом, и это было понятно: из промышленности и немного из сельского хозяйства — а точнее, оттуда, где производилось что-то для потребления гражданами. Потому что «других денег не было», ведь все «безналичные» деньги по сути представляли собой всего лишь специфические способы учета реальных затрат в той части промышленности, которая производила что-то «для страны», а не «для людей». Но в конечном-то итоге и они, совершенно безналичные деньги, сводились к размеру зарплат людей и определяли, сколько за эти зарплаты люди могут изготовить разных материальных благ.
А если таких благ люди за те же зарплаты могут сделать больше (как за счет пресловутого повышения производительности труда, так и за счет совершенствования собственно благ), то — даже если люди производят вообще какие-нибудь атомные реакторы или космические ракеты — сэкономленные средства можно пустить уже на производство ТНП и сделать жизнь людям немного полегче и посчастливее. Или пустить из на реализацию каких-то весьма специфических проектов, от которых люди сытнее уже и не станут, но получат огромное моральное удовлетворение и все равно станут счастливее. По крайней мере некоторые люди…
В КБ товарища Челомея очень неплохо провели работу именно по «совершеносвованию» блага, именуемого в официальных документах УР-500. То есть это изделие и изначально было немколько лучше того, которое я знала по «прошлой жизни»: она прекрасно вытаскивала на опорную орбиту до двадцати четырех тонн полезной нагрузки. И я могла гордиться тем, что и сама этому сильно поспособствовала, ведь благодаря поставленной мною на защите диплома в это КБ вычислительной машине с кучей расчетных программ грамотные инженеры смогли ракету сделать немного более совершенной. А теперь над ней поработали и технологи (а так же химики, металлурги, фигова туча специалистов из кучи других отраслей) — и с начала года цена этой ракеты, установленной на стартовом столе и готовой к пуску, снизилась до чуть менее девяноста миллионов. Еще, должна сказать, очень неплохо поработал и товарищ Глушко, сумевший увеличить тягу двигателей почти на пять процентов. Грузоподъемности это ракете почти не добавило, но это было уже и не очень важно, а вот то, что теперь в ракету заливался «керосин» подешевле, мне очень понравилось. Потому что в начале декабря туда, наверх, предстояло запустить две ракеты подряд — а сэкономленные почти двадцать пять миллионов рублей полностью покрывали расходы на изготовление сразу двух кораблей в ЦКБЭМ. Настолько сразу покрывали, что я еще в октябре эти два совершенно дополнительных корабля и заказала. На всякий случай (правда, насчет всякости у меня уже были вполне определенные планы, которыми я просто делиться ни с кем не стала).