Глава 1 Я не хотела сюда идти. Совсем не хотела. Но Лерка настояла, как всегда. Моя лучшая подруга с детства умела уговаривать так, что сопротивляться было бесполезно. — Лиз, ну хватит уже сидеть дома! — ныла она, перебирая мою одежду в поисках чего-то "подходящего". — Когда ты в последний раз выходила куда-то, кроме библиотеки? — На прошлой неделе была в кафе с тобой, — слабо возразила я. — Это не считается! — Лерка победоносно выудила из шкафа чёрную блузку. — Надевай это. И джинсы потемнее. Мы идём смотреть на настоящих мужиков. В её мире, где главным критерием мужественности была способность размазать противника по рингу, бойцы были почти богами. Для неё вечер в спортзале, заполненном воплями толпы и запахом крови, был идеальным свиданием с жизнью. А для меня — просто шум, грязь и что-то очень чужое. — Лер, я правда не готова к такому... — Готова-не готова! — она уже натягивала на себя облегающее красное платье. — Там будет Имран Джамалов! Ты хоть представляешь, кто это? Честно говоря, не очень. Я слышала это имя мельком — по телевизору, в новостях спорта, которые я обычно пропускала. Но судя по тому, как загорелись глаза Лерки, это был кто-то важный в мире, который мне был абсолютно незнаком. Через час мы уже сидели в душном спортивном комплексе. Зал пах мужиками, дешёвыми духами, потом, фанатизмом и пролитой адреналином злостью. Толпа гудела так, что подрагивали сиденья под нами. Лерка каким-то чудом достала билеты на третий ряд — почти у самого ринга. Я сидела в самом углу, в тёмном свитере с высоким горлом и джинсах, сжавшись в комок. Слишком скромная, слишком чужая среди этого буйства красок и криков. Девочки рядом визжали от каждого удара, пили пиво из пластиковых стаканчиков, не переставая снимать сторис для инстаграма. Лерка тоже была в своей стихии — она знала имена всех бойцов, их рекорды, слабые места. Болтала без умолку, показывая мне фотографии в телефоне. А я молчала. Я просто ждала, когда всё закончится, и мы сможем поехать домой. Прошло три боя. Кровь, рёв толпы, победители и побеждённые. Я начала привыкать к ритму, почти расслабилась, когда объявили главное событие вечера. Именно в эту секунду началась беда. Он вышел. Сначала я не поняла, почему вокруг стало... иначе. Как будто тишина пробежала по залу прежде, чем ударил оглушительный рев. Даже воздух изменился — стал плотнее, напряжённее, наэлектризованнее. Он шёл в сторону ринга — высокий, очень высокий, широкоплечий, спокойный. И это спокойствие было страшнее любой агрессии.