но печка оставалась — как памятник. Внутри пахло так, как пахло всегда: что-то вроде сухих трав и старых книг и чего-то ещё, что Лена не могла назвать, но что было неразрывно с бабушкой. Мама и папа были уже здесь. Тётя Валя — сестра бабушки, тоже. Несколько соседей заходили — тихо, с печальными лицами, приносили еду, говорили слова, которые говорят в таких случаях. Похороны были во вторник — небольшое кладбище на окраине города, среди старых деревьев. Народу немного — соседи, несколько старых друзей бабушки, родственники. Лена стояла рядом с мамой и смотрела на гроб, и думала: я не была здесь два года. Последний разговор был по телефону — три минуты, бабушка спросила, как дела, Лена сказала «всё хорошо, очень занята», бабушка сказала «ну хорошо, главное здоровье береги». Это был последний разговор. После похорон они вернулись в квартиру. Нужно было разобраться с вещами — не сразу, но начать. Мама и тётя Валя разговаривали о практическом — что с квартирой, документы, наследство. — Я останусь на несколько дней, — сказала мама. — Помогу разобраться. Лена, тебе, наверное, нужно возвращаться — у тебя работа. Лена смотрела на квартиру. На полки с книгами — старыми, многие на немецком, бабушка изучала язык в молодости и читала всю жизнь. На фотографии на стенах — чёрно-белые, бабушка молодая, дед, которого Лена не помнила, он умер давно. На вязаные салфетки на каждой поверхности — бабушка вязала всю жизнь, говорила: руки должны делать что-то, иначе скучают. — Я останусь, — сказала Лена. — Лена, у тебя же работа— — Я возьму отпуск. — Она сказала это твёрдо, хотя сама не ожидала такой твёрдости. — У меня накопилось много неиспользованных дней. Я останусь и помогу. Мама посмотрела на неё — удивлённо, потом с чем-то похожим на облегчение. — Хорошо, — сказала она. — Спасибо, доченька. Лена написала на работу — попросила отпуск на две недели. Это было непривычно — она никогда не брала отпуск целиком, обычно дробила, потому что «нельзя так долго отсутствовать». Сейчас руководитель ответил быстро: «Конечно. Отдыхай, разбирайся с делами. Мы справимся». Она читала это и думала: оказывается, можно. Глава 4. Квартира бабушки. Первые дни Мама уехала через три дня — у неё были свои дела в Москве, и она оставила Лену с обещанием «звони, если что». Лена осталась одна в квартире бабушки. Это было непривычное одиночество — не такое, как в Москве, в её собственной квартире. Там одиночество было знакомым, рутинным — она привыкла к нему. Здесь — другое. Чужие вещи, чужой запах, чужая