Пришлось немного покопаться в дерьме, изучая историю вопроса и прочие особенности. Я был несказанно удивлён, узнав, что в этом мире были свои левые. В середине XIX века о себе заявили два прогрессивных деятеля. Их звали Карл Лейхенберг — кхазадский философ и теоретик, и Марла Маццакани — аристократка-пустоцвет из обедневших североитальянских дворян. В прогрессивных кругах парочка известна, как товарищи Карл и Марла. Именно они стояли у истоков борьбы за социальную справедливость, права национальных, расовых, магических и сексуальных меньшинств. Имелся здесь и аналог нашего «Интернационала».

«Карламарлизм» распространился по планете, найдя ярых последователей среди угнетённых, униженных и оскорблённых слоёв населения многочисленных колоний и зависимых территорий. А ещё идея стала популярна у городской бедноты цивилизованных государств и в целом магически неодарённого населения. Местный аналог революционной социал-демократии — в самых причудливых вариациях — получил наиболее широкое распространение после начала массового производства негаторов магии во время Великой войны

Например, в Государстве Российском национал-марлисты из молодых магов и примкнувших к ним цивильных стали движущей силой Восстания Пустоцветов, здешнего аналога революции 1917 года. Идеи Марлы Маццакани о магии для всех и даром были слишком привлекательны!

С товарищем Карлом, правда, всё было не так радужно. Может, именно радужно и было. По крайней мере, местные кхмеры верили, что гномик был гомиком. Этот извращенец и провокатор происходил из богатой семьи, защищая национальные и сексуальные меньшинства. При этом кхазад ненавидел некоторые расы и социальные группы, например, гоблинов и зоотериков, вот такие выверты…

Так или иначе, идеи карламарлизма в его крайней интерпретации добрались до Азии. А в Камбодже наиболее экзальтированные сторонники гномогомика захватили власть. И, конечно, натворили немало дичи в лучших традициях идей отцов-основателей.

Как итог — часть страны занимает аномалия, контролируемая вьетнамо-сиамским контингентом. Сами камбоджийские власти не в состоянии противостоять хтони. Более того, они добровольно отдали север страны фактически оккупационным силам Лаоса и того же Вьетнама. Дело в том, что «Голубые кхмеры» не смогли противодействовать повстанческим движениям, создавшим свои квазигосударства. И, конечно, там процветали беззаконие и преступность, угрожавшие соседям. Даже внутри страны леваки-извращенцы смогли навести относительный порядок, только прекратив террор и отказавшись от идиотских экспериментов в экономике. Но было уже поздно. Процветающий край с мощной туристической инфраструктурой превратился в развалины.