Вручив ребёнку его честно заслуженные три бутылки черничной, фисташковой и маракуево-ромашковой газировки, я отправился домой.

По пути домой купил пиццу для Красноглазки. Её дом всё больше преображался под новый образ свалки. Фактически, перекрашивался в цвет неба. Но ведь тени никуда не денешь. Не исключено, что Луричева нашла её именно так. Глянула на якобы пепелище и увидела несостыковки.

Уходить на охоту тоже становилось опасно. Если я вернусь под сильным откатом — у нас с Красноглазкой не будет ни шанса.

Честно сказать, масштабы проблемы я начал осознавать далеко не сразу. Но если Луричева знает, где я живу и сама же сказала, что многие захотели бы забрать себе Красноглазку, то она легко смогла бы навести сюда кого-то ещё.

Хочется верить, что у неё нет личной армии, а просто натравить кого-то другого она не рискнёт из жадности.

Однако она не приходила, и это заставляло ещё больше задуматься о побудивших её напасть причинах.

На изнанку я вышел аж через неделю, в первые выходные нового учебного года. Само собой, с Красноглазкой и в полном вооружении. Надев маски, мы направились в козье поселение.

Видеть изнанку было приятно. Что-то действительно связывало меня с этим миром. Та самая примесь крови духа? Возможно. А возможно я просто чувствовал себя здесь намного сильнее. В любом случае, находиться здесь мне нравилось.

Поселение стегоатлей ещё больше напоминало смесь индейского и гоблинского пристанища. Перья, странные символы, шатры. Козлы, купающиеся в источниках. Они стали во много раз сильнее с прошлой нашей встречи.

От стоящих на страже рогатых с длинными пиками ощущалась сила. Сейчас встретив троицу таких на дороге, я бы подумал, что залутаю с них прилично времени. Побольше, чем с хаоситов.

Пройдя мимо трёхметровых статных стражей, я углубился в деревню. Рогатые активно плескались в источниках, всё так же стирали в них бельё и готовили пищу. Но теперь я ощущал скрытую за ними силу. Если в прошлый раз я всерьёз рассматривал ситуацию, когда я вырезаю пару десятков козлов и ухожу с боем, то сейчас такой фокус бы не прокатил.

Захватив и передав их роду источник, я сильно изменил расстановку сил в мире духов. Теперь с гоатлями нельзя было не считаться.

Никто не препятствовал нам. А некоторые, завидев, приветливо махали рукой.

В центре, в той луже, которую они вроде как отдали мне и изгадили, теперь плавал старый красный диван, на котором царственно сидел Цап в окружении крошечных цветочных фей, которые вешали ему на голову венок из светящихся ромашек.

— Привет, друг, — я поднял руку и помахал старому знакомому.