Он тихо кивнул.

— Красиво у вас.

— Не поспоришь.

Мама выглянула из дома.

— Мальчики, завтрак готов!

— Уже идём! — откликнулся я.

Через полчаса мы уже стояли во дворе с собранными вещами.

Мама крепко обняла меня — так, как обнимают только перед долгой разлукой, когда слов не нужно.

— Береги себя.

— Обязательно.

Отец, как обычно, был немногословен. Только крепко пожал мне руку и посмотрел прямо в глаза.

— Возвращайся.

— Вернусь. — Я улыбнулся. — Куда я от вас денусь?

Мама покачала головой.

— Всё такой же.

— И меняться не собираюсь.

Из соседних домов уже выглядывали знакомые лица — кто-то махал рукой, кто-то желал счастливой дороги, дети весело кричали вслед. Я ещё раз посмотрел на деревню, запоминая.

— До скорого.

Мы с Луном надели шлемы. Двигатель негромко зарычал под рукой, и дорога плавно потянулась к побережью.

По обе стороны тянулись небольшие деревни, зелёные поля и старые баобабы. Иногда навстречу попадались грузовики, иногда мотоциклы, а иногда дорогу неспешно переходили антилопы — для местных это давно стало привычным. Ветер приятно бил в лицо. Я всегда любил дорогу.

Через несколько часов впереди показались огромные портовые краны.

Тема. Один из крупнейших портов Ганы.

Запах океана чувствовался ещё задолго до въезда в город. Солёный воздух смешивался с ароматом топлива, мокрых канатов, свежей рыбы и горячего кофе, который продавали прямо возле причалов. Над водой кружили чайки, а огромные корабли лениво покачивались на волнах.

Среди обычных людей взгляд иногда цеплялся за тех, кого видел только магический мир: русалки сопровождали суда к причалам, духи воды скользили под самой поверхностью, а несколько нагуалей спокойно переносили тяжёлые контейнеры, не привлекая ничьего внимания.

Я вдохнул полной грудью.

— Как же мне нравится этот запах.

Лун улыбнулся.

— Ты один из немногих, кто способен назвать запах порта приятным.

— Это запах путешествий.

Он ничего не ответил. Наверное, потому что был со мной согласен.

Перед нами возвышался белоснежный лайнер Ассоциации Стражей Порядка. Именно на нём нам предстояло провести семь дней, прежде чем утром двадцать третьего марта увидеть холодный Бостон.

Я поправил рюкзак на плече.

— Ну что?

Лун поставил чемодан на трап и посмотрел на меня.

— Пора.

Я улыбнулся.

— Домой.

Ассоциация никогда не экономила на своих судах. Внутри всё больше напоминало дорогой отель, чем обычный лайнер — светлое дерево, большие панорамные окна, мягкий свет магических кристаллов и едва слышный шум волн за бортом.

Мы быстро нашли каюту. Я бросил дорожную сумку возле кровати.

— Потом разберу.