12 июля, четверг, время 10:00

Гавана, площадь Революции.

— Товарищи! Дорогие друзья! — первыми словами пробую голос.

Перед трибуной с высшими лицами республики застыли ровные ряды камарадов. Воздушно-десантная бригада. Крас-савцы!

— Три поколения назад героический кубинский народ сбросил оковы векового рабства и выбрал путь свободы. Отвратительный колониализм потерпел серьёзное поражение. Родилось новое свободное и по-настоящему независимое государство. Родилась новая свободная и гордая кубинская нация!

Военные воспользовались паузой, которую я взял, чтобы перевести дыхание:

— Venceremos!!!

Руки одновременно взметнулись вверх, и вдруг раздаётся такое знакомое:

— Ура-а-а!!!

Немного сбитый с толку, оглядываюсь. Пожилые кубинские парни вокруг тоже держат правый кулак вверх. Чуть подумав, решаю не присоединяться, а успокаивающе машу рукой. По отмашке командиров бригада вновь замирает. С военными всё-таки приятно иметь дело.

— После революции Куба прошла длинный и трудный путь. Огромной силы империалистический хищник, находящийся за порогом страны, много десятилетий пытался задушить республику. У них ничего не вышло! Сейчас Соединённые Штаты сами бьются в агонии!

Опять повторяется громовое «Venceremos» и всё остальное. Темпераментные ребята.

— Только сейчас, спустя много десятилетий после того, как Фидель Кастро со своими соратниками победно вошёл в Гавану, мы можем уверенно сказать: мы победили!

Опять двадцать пять! И рёв двух тысяч глоток.

— Дар победы — огромная ценность. Но одновременно гигантская ответственность. Мы — Лунная республика, Россия, Северная Корея и Куба — принимаем её на свои плечи. Мы берём на себя заботу о порядке во всём мире. Вы становитесь одним из боевых подразделений Высшего Совета ООН. Мы победим снова!

После очередного взрыва восторга начинается парад. Идут неидеально, но глазами буквально съедают руководство и меня — любимого и обожаемого теперь и на Кубе.

14 июля, суббота, время 10:05.

Куба, Сантьяго-де-Куба, стройплощадка комплекса ООН.

— Замучились мы тут, — вздыхает главный инженер Шаталин, мужчина среднего возраста и среднего телосложения с усталыми глазами.

Мы оба в красных касках, на стройке даже в выходной так положено.

— Как так? Море рядом, пляжи, жгучие мулатки… — неприкрыто изумляюсь.

— И местные кадры, ленивые шланги и неисправимые бракоделы, — в тон мне грустно дорисовывает местный пейзаж Шаталин.

— Дмитрий Борисович, неужто всё так плохо? — удивляюсь уже неприятно.

— Кое-как справляемся, — Шаталин небрежно, но ловко отбрасывает носком ботинка половинку кирпича к ближайшей куче. — Следить за ними приходится плотно и постоянно. Чуть зазеваешься — они уже свой буканеро (пиво популярное в восточной Кубе) хлещут. И откровенную халтуру гонят. С трудом можно заставить кирпич руками выгружать. Хотя сейчас легче, автопогрузчики завезли.