— Следящие видеокамеры ставить не пробовали?

Отмахивается с тоской и досадой:

— Пробовали. Они…

— Залепляют объективы раствором или грязью, якобы случайно, — догадываюсь сам.

— Да, — опять грустная усмешка. — И не придерёшься.

Подходим к одному объекту. Как поясняет Шаталин, будущее кафе. Руководство стройкой вознамерилось обкатать строительные бригады на второстепенных объектах. Мудро.

Уложено несколько слоёв кладки, всего до колена.

— Шов вроде приличный, — оцениваю качество навскидку. — И ряды ровные. Почти.

— Разозлился недавно. Приказал разобрать, что поначалу они налепили, и выложить снова, — Шаталин показывает мне картинку на смартфоне.

Невольно смеюсь. Прошу скинуть. Искин тем временем со скрипом, но работает. По суточному циклу, который не собираюсь сдвигать, он должен работать на полную поздно вечером, часов с шести по местному времени. Мне вообще здесь тяжело из-за девяти часов разницы. Сейчас, например, по байконурскому времени вечер. Часа через три жёстко потянет в сон. Хорошо, что с послеобеденной сиестой совпадает. А искин по своим внутренним часам замолотит около полуночи. Так что глубокой ночью я не сплю подобно легендарному Иосифу Виссарионовичу.

— Посоветую сделать так. Наблюдение вести только с дальних точек. Подберите камеры с хорошим зумом. Наряды закрывайте только по факту сделанной работы. Ни песо авансом и с жёсткой проверкой качества. Нет требуемого качества — нет оплаты. Переделывать за свой счёт.

— Есть скрытые работы, затруднительные для итоговой проверки, — замечает задумчиво.

— Не проблема. Возьмите любой незнакомый местным прибор с индикацией, проведите убедительные манипуляции, которые покажут негодный результат. Конечно, вы должны заранее его прикинуть. И они примут всё за чистую монету, никуда не денутся.

Шаталин начинает улыбаться. Не без ехидства.

— Полагаю, у вас непроизвольно включился механизм разрушительного соревнования. Рабочие испытывают азарт в игре с начальством, кто кого обштопает. Вы их поймали — они в проигрыше. Не сумели — они на седьмом небе от счастья.

Главный инженер глядит задумчиво. Несмотря на огромную разницу в возрасте — он старше моего отца — слушает с пиететом. Где-то в глубине душе даже неудобно поучать опытного человека. Но если есть чему научить, то почему нет.

А с кубинскими рабочими я ещё поговорю.

15 июля, воскресенье, время 13:10.

Куба, лунная база Гуантанамо.

— На муромской дорожке! Стояли три сосны! — зычный и вольный голос гремит по коридору.

Послеобеденная умиротворённая тишина испуганно исчезает из нашего общежития казарменного типа. Кое-что от пиндосов осталось, чем можно пользоваться после экспресс-ремонта.