Президента ощутимо придавливают мои аргументы, которые совсем не закончились.

— Почему я вашему Мангалееву должен объяснять очевидное? Он по своей должности обязан ловить такие перспективы на лету, по одному запаху. А это запах денег, огромных денег! И он сделал всё, от него зависящее, чтобы эти деньги прошли мимо Казахстана! И подобного человека вы будете держать на таком важном посту⁈

— Вы преувеличиваете, Виктор Александрович, — бормочет президент. — Я уверен, что…

— Нет, господин президент, — останавливаю его твёрдо. — Ваш Мангалеев просто обязан был бегать вокруг нас, уговаривать, соглашаться на любые условия, угодливо заглядывать нам в глаза. Даже не мне, это само собой, а моему помощнику, — киваю на Дорофеева. — Вот такое поведение было бы понятно и приемлемо. Вы простите, уважаемый Касым-Жомарт, за резкость, но разговаривать со мной свысока и через губу я даже вам не позволю.

По тонкой проволочке продвигаюсь. Вдруг взбрыкнёт гордый президент независимой и суверенной страны?

— Вы прекрасно знаете, Виктор Александрович, что я никогда с вами так себя не вёл. Даже когда ваше Агентство только начинало работать, — президент достоинства не роняет и ставит меня на место. Всё-таки опыт и возраст сказываются.

Бывают в жизни огорчения. Конфронтация и порча отношений меня устраивают больше. Ненамного, да и не взвесишь всего, но большие плюсы вижу. Ничего. Я продолжаю:

— Вы, президент страны, ничего такого себе не позволяете, а ваш мелкий клерк позволяет, — наношу ещё один удар по пошатнувшейся (я надеюсь) карьере Мангалеева. — Вы поймите наконец, омскому губернатору даже намекать не хочу, что могу в Омске Лунный аукцион открыть. Потому что он немедленно вцепиться в меня, как бульдог в штанину, и не отпустит, пока ему голову не отрубишь. И он согласится на всё. Вы понимаете, господин президент? На всё! Он свою личную резиденцию мне бесплатно отдаст, если попрошу, и спасибо за это скажет! Потому что на те деньги, что в город придут, он себе три построит, и никто убыли не заметит!

Это я с главных козырей зашёл. Ни один казах, да и не только казах, такого не выдержит. Чтобы такой большой пирог мимо своего стола пропустить⁈

После последнего спича процесс выкручивания рук можно считать завершённым. Далее сбор урожая. Приходим к консенсусу. В Совет директоров Конгресс-Центра вводим человека Скляра. Заменяем одного из действительных. Он и будет непосредственно управлять зданием. В нашу пользу и на благо всех народов Казахстана. Председателя меняем на самого Скляра.

— Роман Васильевич, русского поставите? — спрашивает президент.