Уже сдвиг, я так думаю. Не начислять дикие проценты на половину колоссальной суммы уже приятно. Но мне есть чем продавить их позицию.

— Извини, Юна, но я тоже думаю, что мы не должны поступаться своими интересами, — вступает в беседу Джу.

— Прости, дорогой, но я уже согласилась… — Юна обворожительно улыбается мужу.

— А я сейчас объясню почему, — мгновенно вступаюсь за нуну.

Джу глядит с настороженным ожиданием.

— Дело ведь не только в деньгах, хён. Не знаю, чему тебя научили в университете, но мой опыт ясно говорит, что капитал состоит не только из денег. Ни за что не поверю, что ты, хён, не понимаешь роль связей. Что предпочтёт ваш фонд, что предпочтёшь ты? Продолжение нашего сотрудничества после закрытия кредита, или, полностью расплатившись строго по договору, я с облегчением с вами расстанусь?

Мужчину пронимает, крепко пронимает. Вижу это отчётливо. Быть первым в длиннейшей очереди из стран и корпораций разного калибра, страстно желающих предельно плотного сотрудничества с Агентством и Луной? Да за это можно душу отдать! А затем доплатить!

Джу молчит, Юна лукаво ему улыбается. Наконец мужчина — кстати, необычно широкоплечий и высокий для корейца — разводит руками:

— Извини, Витя-кун, сразу не подумал. Пожалуй, одобрю согласие Юны на твои условия. А какого рода сотрудничество ты хочешь предложить? Внеземную добычу полезных ископаемых?

— Эту тему лучше обсудить со всеми членами фонда. У меня несколько вариантов, хён. Что касается добычи полезных ископаемых, то на ближайшие лет десять, не меньше, это останется монополией Луны.

Во вторник вечером чуть не уползал в свой номер после переговоров. Очень тяжёлых. Пять мужчин возраста сильно старше среднего с по-азиатски непроницаемыми лицами и тяжёлыми взглядами. Даже для меня испытание. Добил их финальным аргументом:

— Вам придётся согласиться или разделиться. На тех, кто примет участие в создании консорциума, и тех, кто останется в стороне. Луна и Агентство бросят все ресурсы, чтобы рассчитаться полностью с теми, кто не захочет участвовать. Только учтите, что впоследствии мы воздержимся от включения вас в крупные проекты.

— Угрожаете нам, господин Колчин? Ведь есть вариант, когда никто не захочет, — меня сверлит взглядом представитель, а может быть, и глава «Хундай».

— Вы абсолютно неправильно меня понимаете, господин Линь, — отвешиваю не слишком глубокий поклон. — Дело в том, что Агентству неинтересны партнёры, неспособные видеть перспективу, только и всего. Если кто-то не хочет выходить на по-настоящему глобальный уровень, то что я могу с этим поделать? В России есть пословица: каждый сам кузнец своего счастья.