на экспорт. Хрен им — есть такая штука как «госзаказ». Да и незачем силовую опору режима подрывать — сепаратизм ни к чему. — Правильно, давить на корню, я сам как сепаратист новгородский скажу — «вольности» иное дело, очень нужное. — С дворянством что делать? Где поместий на всех набрать? Тут и так дробление страшное было, пока Москва не подмяла под себя. — А теперь распад новый пойдет, если силой не удержим. Дворянство вооружено, и от земли кормится, от мужиков. — Хрен им в зубы, а не поместья. Дробить уделы и вотчины запретить — пусть одному старшему сыну достаются, или по выбору — но одному. Есть такое слово «майорат» — с трудом запомнил. Объяснения нужны будут — к профессору, я не историк. И вся эта шобла прямиком в вооруженные силы или госструктуры направляться должна. Двадцать лет статской службы, на пять лет меньше в армии — здесь живут недолго. — Зато красиво, и буйно… — Каждому свое, — хмуро отозвался «Плат», — и присягают они государству, и служат на соответствующих должностях за жалование — самые тупые в рядовых на весь срок. По окончании службы вместо пенсии вымороченное поместье можно выдать — живи и радуйся, детей плоди. Это основа армии, они любой сепаратизм задавят. — Где денег на такую ораву набрать? Ведь платить нужно хорошо, не на «голодном пайке» держать — не поймут, тогда мятеж обеспечен! — Я не финансист, вопрос не по теме — это не по моей «епархии». Просто очертил круг народа, что «государственниками» будут в каждом из уделов. Не меньше половины в каждом, а то и намного больше. Но то не моя компетенция подсчеты делать и статистику вести. После слов «Плата» наступила короткая тишина, взятая на осмысление пауза. И тут же начался второй акт… Вечевые «партии» сошлись на мосту через Волхов. Новгородское вече нередко заканчивалось именно так. Глава 44 — Бедняки, переселенцы — земли у нас много, поместья дворянству за службу вполне дать можно. Вместо части жалования, пенсий, для «кормления» семейств, так сказать. И усадьба своя у них будет — есть за что драться — наемники тут морально уступают. Но пусть сами пустоши заселяют и найм крестьян ведут, льготы обещать можно. Плохие условия предложат, никто к ним просто не пойдет в переселенцы. Да и «вольности» соблюдать придется — так что не диктовать помещики будут, а по-доброму, «полюбовно» договариваться, если хотят, чтобы на них работали. — А с князьями и боярами что делать, ведь у них свои вотчины? Не захотят служить, плюнут на твою «хартию»… — Обязаны служить, и точка — их Иван Московский