— Ты хорошо поработал, доставив мне это письмо. Теперь расскажи мне, что произошло в тот день, — прошу я. Мне нужны дополнительные подробности.
— Да, ваше величество… — солдат начинает рассказ о событиях, и я внимательно слушаю, проверяя его слова с содержанием письма. Пока что, рассказ солдата соответствует содержанию послания.
— Спасибо, ты можешь уйти. Эдуард, обеспечь ему еду и постель, — я удовлетворенно киваю, когда солдат уходит.
Как только дверь закрывается за ним, Шарлотта смотрит на меня с выражением обеспокоенности и спрашивает:
— Как мы с этим справимся, ваше величество?
Глава 17 Гений дипломатии и переговоров
— Что мы будем делать господин? — спросила Шарлотта.
Я откинулся на спинку мягкого стула, чувствуя, как усталость медленно накатывает на меня. Мой вздох был, как у человека, который несет на своих плечах невероятное бремя.
Я просто пожал плечами и ответил:
— Что же остается делать нам, кроме как укрепить наши оборонительные позиции в городе Барко и запретить их торговцам ступать на нашу землю? — Нет слов, чтобы описать мое удивление и разочарование, когда я узнал, что враг посылает целых пятьдесят солдат нападать на нашу землю. — По сути, я воспринимаю это действие как явную провокацию.
Шарлотта задумалась:
— Провокация? Но разве они не пытаются найти какое-то оправдание для нападения на нас?
— Возможно, — ответил я, прикидывая вероятные мотивы врага. — Но по моей информации, Инглу уже втянут в две войны, и я сомневаюсь, что они готовы к третьей. В такой ситуации, зачем им начинать еще одну войну с нами? Может быть, это связано с углем? Вы же знаете, что всего в десяти километрах к западу от Барко находится новое поселение Рогвед, где наша угольная шахта. Чтобы захватить этот ресурс, им придется сначала взять Барко.
— Им действительно нужно втянуть нас в войну из-за угля? Ведь у них есть свои угольные шахты в других местах, — задалась вопросом начальница моей разведки.
Я усмехнулся, осознавая, что наше понимание конфликтов и мотивов было ограничено опытом нашего мира.
— Только ради угля? — произнес я риторически. Я бы никогда не поднял такой вопрос, если бы знал, что происходило на Земле, когда горные богатства становились причиной многих конфликтов. — Жадность, Шарлотта. Эта человеческая черта не знает границ. Мы никогда не удовлетворяемся тем, что у нас есть, и всегда стремимся к большему. Не буду утверждать, что жадность — это плохо, ведь она мотивирует людей работать усердно для лучшей жизни. Но важно, чтобы жадность была под контролем, чтобы она не ослепила нас и не привела к разрушению.