— Пройдемте, господин ожидает Вас. — поклонился слуга.
— Разместите мою помощницу и накормите, пока я буду решать вопросы с графом. — озадачил я провожатого и тот кивнул, подтверждая, что все будет исполнено.
Петляя по коридорам, я оказался на открытом балконе, где стоял столик с бокалами и открытым вином, хозяин встречал меня радушно.
— Алек! — улыбнулся он. — Что привело тебя ко мне на этот раз?
— Господин Аэлофат! — растянул губы в открытой улыбке я в ответ. — Появилась пара моментов, которые требуют Вашего внимания. Уделите мне время?
— Конечно-конечно. — распылялся гостеприимный граф. — Проходите, присаживайтесь. Выпьем вина и проведем время за познавательной беседой.
Рассевшись по креслам, мы взяли по бокалу и осушили. Боялся ли я яда? Опасался, но всегда держал в уме возможности своей сверхциркуляции, которая, наверняка, мне поможет справится с ним.
— И так, господин. — начал я. — Я собирал информацию по смерти предыдущего графа Соямкин и с удивлением узнал, что Вы состояли в тайных отношениях с его женой. Так ли это?
Есть такой прием, чтобы выбить из колеи любого собеседника. Такими примочками часто пользуются журналисты на пресс-конференциях, хотя, в мое время, уровень журналистики пробил дно и вместо провокаций, они стали задавать ведомые вопросы, подразумевающие, что часть текста, в случае ответа, подтверждает сомнительные теории, спрятанные в этом самом вопросе. Ну и черт с ними.
— Ну что Вы. — картинно возмутился он. — Я и замужняя женщина? Это все слухи.
Ну да, ага, конечно. Веры к тебе, граф, ни на грош. Однако, и я не лыком шит. В словесных перепалках в том-то мире был хорош, а тут, где подобных техник и не видели, вообще иногда чувствую, что у меня в руке калаш и все вокруг бегают без одежды, какие там броники?
— Хорошо, господин. — улыбнулся я. — Действительно. Простолюдины любят перетереть очередную глупость между собой.
— Верно, Алек. — улыбался он мне. — Дожил. Меня обвиняют в связи с женой друга. Позор на мои седины.
Он засмеялся, а я отслеживал его реакцию и эмоции. Легкое колыхание сожаления и вины. Я знаю, что надо спросить.
— Радует, что Вы развеяли мои подозрения. — я отпил вина и поглядел ему прямо в глаза, слишком резкий переход от улыбки к строгости и жесткий вопрос. — Тогда зачем Вы ее убили?
Граф замер и по его щекам потекли слезы.
Глава 16 Убийство — это всегда ошибка… Не следует делать того, о чем нельзя поговорить за чашкой чая. (О. Уайльд)
— И как они узнали о вашей связи? — вопрошал я графа.
Мы прогуливались по его саду, и я отслеживал своим сканером все вокруг, мало ли нас могли подслушивать. Рядом никого не было.