Сука! Как мне выкарабкаться?!

— Мобильник мне дай, — командует Мар, опускаясь на диван напротив Анны, протягивает руку. Она нехотя отдает, не сводя с меня пристального, полного мольбы взгляда.

— Я могу его включать только тогда, когда окончательно отстраняюсь от той дурацкой, свихнувшей на всю голову компании, — жалобно ворчит.

Краем зрения замечаю бутылку виски на столе и тянусь к ней. Не желая слушать протестов, пью прямо из горла. Хотя бы чуть расслабиться надо. Но пока не найду Леру, вряд ли получится.

На шее Анны все еще видны отпечатки моих пальцев. Она гладит кожу рукой ежеминутно, откашливается.

— Как вы связываетесь? По этому номеру?

— Да, но у каждого он левый. То есть для обмана глаз. Там не сможете найти никаких зацепок, если поставить прослушку. Исключено. Они по каким-то коротким словам понимают друг друга. Даже взглядами. Один кивок для них целое предложение. Я их затруднялась понять, насколько сильно не старалась бы, — качает головой.

— Мафия, ей-богу, — матерится Мариб сквозь зубы. — Где Лера? — он спрашивает обманчиво мягко.

У меня вместо сердца будто вата сейчас вставлена. Ни хрена не чувствую, не ощущаю. Я в пластмассовую куклу превратился. Или это эффект обезболивающих и успокоительных?

Хрен знает.

— Анечка, я тебя умоляю, — мама шмыгает носом, как ребенок. — Расскажи все, что знаешь. Каждую мелочь. Только правду. Ну смотри, как мы с каждым днем все больше разбиваемся вдребезги. Мое сердце не выдержит. В этот раз уж точно.

— Мам, я тебе говорила, что ничего плохого делать не собираюсь. Я обязана была встать рядом с Милой. Они за двое суток спланировали похищение. Я узнала только тогда, когда с Лерой случайно на парковке встретились, — переводит взгляд на Мариба, потом на меня. Краем глаза замечаю, что сестра впивается ногтями в сумку до такой степени, что пальцы становятся белыми. — И только вчера она мне рассказала, как на Сашку охотилась. Благо, племянника не было в машине. Даже удивительно. Ведь Лера, куда бы ни поехала, его с собой брала. Может быть, это все материнские инстинкты. Материнское сердце... Не знаю. Но... Они хотели их двоих. Занимаются черными делами. Мила вляпалась по горло, связалась с настоящими бандитами. У нее изначально с головой все было критично, так сейчас вообще. Я стараюсь держаться рядом с ней бойко, однако мне страшно. И за Леру, и за себя. А за тебя, брат, тем более. Ты можешь снова в больницу...

— Заткнись, — обрываю ее, зная, что она хочет сказать. Как бы я ни хотел узнать, откуда она знает о том, что я валялся в больнице после того, как мне сообщили, что грозит Лере, спрашивать даже не хочу. И обсуждать эту тему тоже. — Не ходи вокруг да около. Ты нам местонахождение Леры скажи. Или специально тянешь? Есть какие-то планы?! — злобно рявкаю, резко встав на ноги.