Мартынов и Бельская. И те, и другие — Старшие Рода, те, кто стоят лишь на ступень ниже Великих. Впрочем, большая часть присутствующих была членами Старших и Великих Родов — в «Золотой Терем» кого попало не пускали. Сюда не могли попасть не то что простолюдины — даже представителей Младших и Средних Родов пусть и вежливо, но завернули бы назад. Исключение делали только для тех, кто придёт в компании представителей высшей аристократии. Заведение могло себе позволить быть разборчивым в выборе гостей — «Терем» принадлежал Великому Роду Шуйских.

Дальнейшая схватка продлилась от силы минуту. Брат с трудом отражал удары, получив ещё пару ран. Его несколько раз протащило по земле, лицо превратилось в одну сплошную травму — расцарапанное и залитое кровью…

Не сказать, что он только получал оплеухи — парень огрызался, как мог. Вот только на фоне Пламенева его потуги смотрелись откровенно неубедительно. Пропасть не просто в навыках, но и боевом опыте была чудовищно велика. Гриша ещё дважды пытался бить чарами четвёртого ранга, но он ещё не овладел этой магией на должном уровне, так что оба раза на выходе получились весьма ослабленные эрзацы атак ранга Адепта.

Пламенев читал его как открытую книгу. И ведь нельзя сказать, что он какой-то невероятный боец или что-то в этом роде. Нет, он, конечно, хорош — но лишь в сравнении с Гришкой. Так-то на войне я встречал немало куда более опасных Адептов.

А ещё эти магические импульсы, которые даже моё восприятие, от рождения намного более совершенное, чем у окружающих, едва улавливало… Он посылал их ещё трижды, и после каждого из них Гриша допускал особенно серьёзные ошибки. Кажется, я начинаю догадываться, в чём тут секрет…

Пламенев давно мог закончить бой, но вместо этого игрался с парнем, как кошка с уже пойманной и прижатой к полу, но ещё живой мышкой. Олег почти неприкрыто наслаждался ситуацией и красовался перед зрителями, словно театральный актёр перед публикой. Самодовольный спесивый индюк…

У меня с братом довольно сложные отношения. У нас разные матери — вследствие одного, скажем так, инцидента, устроенного моим старшим братом Константином, мама и часть высокопоставленной родни погибли.

Через несколько лет после тех событий отец, под давлением и уговорами ближней родни, женился повторно. В Роду меня, естественно, не сильно любят из-за того, что сотворил мой старший брат. И даже тот факт, что я сам в произошедшем главная жертва, не сильно влиял на отношение окружающих, особенно в глазах тех, кто зависел или имел дела с Магистрами, что погибли в тот день.