Богдан меня немного удивил. Не тем, что с лёгкостью отразил все заклинания, а тем, что сделал дальше. Я-то думал, что он хочет заставить меня в одиночку с этими врагами биться. Нет, сам бросился на них. Свою ману он решил не тратить, приберегая её для кого-то посильнее.
Со всеми противниками он расправился секунд за пятнадцать, не больше. Получается, что на убийство одного неандертальца «абсолют» потратил меньше секунды. Не стоит забывать, что они — маги, которые ещё и усилили себя маной. Самая настоящая машина для убийств, иначе не назвать…
Глава 25
Вторая волна в точности повторяла первую. Точно такой же подход, такое же количество противников, ничего нового. С ними Тихомиров разобрался ещё быстрее, не предоставляя врагам даже возможности выйти на оперативный простор. Что уж тут говорить, они даже заклинания на скастовали, это уже неслабый показатель скорости их гибели.
А вот дальше… Десять минут мы ждали появления новых противников, но никто так и не вышел. Внутри, судя по всему, есть хоть одно разумное существо. Оно поняло, что подопечные уж как-то слишком быстро погибали, значит нет смысла отправлять остальных в самоубийственную атаку. Да и эти неандертальцы уже распределились и заняли свои оборонительные рубежи.
Судя по той картинке, что я получил, потратив довольно много маны из резерва, внутри — самый настоящий лабиринт. Тяжело пришлось бы Тихомирову в одиночку, если бы я не мог составить карту. Можно попытаться парировать это утверждение, заявив, что у него хватило бы сил на то, чтобы пробить стены лабиринта и не пытаться пройти его. Но, когда речь идёт о четырёх-пяти метрах гранита, поневоле задумаешься, не потратит ли он всю ману, пытаясь отыскать врагов. Они могли бы тихонечко сидеть, дожидаясь, пока «абсолют» ослабнет, после чего накинулись бы на него всей толпой. Пусть маг нулевого ранга и очень сильное существо, но бессмертным он не является, чего забывать ни в коем случае нельзя.
— Ну, что, пошли внутрь? — предложил я, когда стало окончательно понятно, что никто на нас не выйдет. Терять ещё больше времени мне точно не хочется, и так свою интуицию пришлось засунуть как можно глубже в последние двадцать часов. Не могу позволить себя потерять ни часа больше.
— Или подождем?
Ого, что это такое творится? Отчего этот пробивной Тихомиров реально боится? И ведь не говорит, гад, что тут такое произошло. Снаружи я тоже не заметил никаких признаков сражения «абсолюта» против кого-нибудь серьезного. Обязательно были бы хоть какие-нибудь следы.
— Нет, пошли, — чуть ли не потребовал я, на что он лишь тяжело вздохнул и согласился.