Однако я четко помнил образ красно-ржавой равнины и её хозяина, к которому делал долгий шаг, а потому был спокоен. И чертовски сильно удивился попытке напасть на нас с ученицей в пути. Первым неладное почувствовал звериным чутьём на опасность Гектор, к его предостережениям я настолько привык прислушиваться, что реакция стала рефлексом. А потому удар злого духа был встречен мной ударом огненных крыльев, чье жгуты пронзили пространство, как иглы. И встретили крепкую броню, когти и клыки.

Вид моего противника был необычен, я привык к спрутам и чернильным кляксам злых духов, которых встречал раньше, а вот настоящее аморфное переплетение чешуи, пастей и конечностей с острыми наростами встретилось мне впервые. Но одно про злых духов я знал чётко. Бой с ними это всегда схватка не только мастерства, но воли и эмоций. У кого она твёрже и кто горит жаждой победы сильнее, тот обычно и побеждает. И у врага с этим всё похоже было очень неплохо, потому что меня с ученицей он стал сдвигать, накалываясь на острия жгутов, которые вязли в его плоти.

— Не дай себя схватить — крикнул я Лексатронам, которая была несколько ошеломлена нападением. Последнее было паршивым, для боя шаману нужен правильный настрой, а не растерянность ученика, впервые оказавшегося в нави.

Но всё же девушка кивнула, отпуская мою руку и давая мне возможность спокойно маневрировать, а сама отступила назад-вверх и отправила в тёмного духа огненный плевок. Противник взревел от боли и усилил напор, пытаясь передавить меня и ему это почти удалось, мои крылья выгнулись дугами, а к лицу потянулась трёхпалая конечность, покрытая острыми лезвиями наростов. И наткнулась на удар Гронда, который её сломал.

Пасти духа снова взвыли, столкновение с жаждой разрушения, составлявшей суть моего шестопёра, ему явно не понравилось. Но дурной мощи противнику было не занимать и он надавил вновь с не меньшей силой. Я же вынужден был отскочить в бок, отталкиваясь крыльями от врага и нанеся по пути ещё один удар самыми кончиками лепестков шестопёра и надеясь, что Лексатронам не будет мешкать, убираясь с пути духа. Ученица не подвела, уйдя вверх и снова плюнула огнём, а я пошёл в атаку на противника, чтобы не дать ему перехватить инициативу, тем паче атаковать драконицу, как менее опытную, а значит более уязвимую цель. Закрутилась карусель боя. Удар иглами жгутов, пару взмахов оружием, плевок Лексатронам, которая начала целится в раззявленные пасти, стремясь нанести больше урона, отход. Чистой мощью дух нас превосходил, но раз за разом повторял одни и те же действия, как безумный. Как говорится вижу цель — не вижу препятствий, прям как бык на корриде, снова и снова пытающийся пронзить рогами красный плащ тореро. А его плоть тем временем таяла под огнём и ломалась под Грондом. Сначала конечностей становилось всё меньше, а потом он начал сокрушать духовное тело противника, пока то наконец не развеялось в дым и не исчезло.