Позабытые стынут колодцы

Выцвел вереск на мили окрест

И смотрю я, как катится солнце

По холодному склону небес

Теряя остатки тепла.

Цвета ночи гранитные склоны

Цвета крови сухая земля

И янтарные очи дракона

Отражает кусок хрусталя —

Я сторожу этот клад.

Проклинаю заклятое злато

За предательский отблеск тепла

Вспоминаю о той, что когда-то

Что когда-то крылатой была —

Она давно умерла.

А за горами, за морями, далеко

Где люди не видят, и боги не верят.

Там тот последний в моем племени легко

Расправит крылья — железные перья

И чешуею нарисованный узор

Разгонит ненастье воплощением страсти

Взмывая в облака судьбе наперекор

Безмерно опасен, безумно прекрасен.

И это лучшее не свете колдовство

Ликует солнце на лезвии гребня

И это все, и больше нету ничего —

Есть только небо, вечное небо.

Когда я закончил вдруг раздались хлопки со стороны, в которую я даже не думал смотреть и были они какими-то, хм, пожалуй покровительственными. Хотя в упор не представляю как такими можно сделать именно их, а не тон слов. Впрочем как раз слова скоро тоже прозвучали:

— Не дурно, ей Изначальному недурно. Что это за язык?

— Мой родной — ответил я, поворачиваясь и смотря на нового собеседника — Громдаридан полагаю?

— Он самый. Внучка, освободи старику место — проговорил собеседник, правда про старость он по всем признакам лукавил. Передо мной был высокий брюнет в дублете и гачах с высокими сапогами, напоминающий дроу, как и Лексатронам, только цвет его чёрной кожи имел не синеватый, а скорее серо-стальной отлив, почтенный же возраст выдавали лишь лёгкие морщины по уголкам глаз — Что привело ко мне феникса с меткой Изначального?

— Его слово — просто ответил я — Демоны готовят вторжение в этот мир, он будет огорчён, если драконы не постоят за него.

— Вот так — задумчиво ответил дракон, а потом бросил взгляд на вампира — Подобные ему?

— Лестар был простым вампиром, пока не вкусил крови одного из эмиссаров протектората. Они взяли под контроль ночной народ и подготавливают приход своих хозяев с их помощью. Но покорится захотели не все — скупо улыбнулся я.

— Допустим. Но что на Отец? Раньше ему не было дело до подобного — остро взглянул Громдаридан мне в глаза.

— Как было сказано, я в некоторой степени феникс. Так вышло, что я выступил в составе армии людей туда, где демоны пытались к нам пролезть и убил одного из их эмиссаров, пока обычные воины взяли на себя его рабов. Полагаю Изначального огорчило, что в этом огненные птицы обскакали драконов. К тому же сам демон утверждал, что в других мирах они убили несколько и фениксов и ваших сородичей, которые не ушли из них и не попытались объединить усилия. Вероятно большой кучей они вполне способны уничтожать и настолько могучих созданий.