Прошло не более трёх минут, когда на лестнице снова раздались быстрые шаги. Кира буквально взлетела на второй этаж. В её руках светился экран ударопрочного планшета, с которым она ещё недавно проводила лазерную экспертизу автомобиля.

— Вот! — тяжело дыша, она шагнула ко мне и развернула гаджет так, чтобы изображение было отлично видно и мне, и застывшим в ступоре сотрудникам клиники.

На дисплее транслировалась высококачественная картинка с высоты птичьего полёта. Белоснежное здание ветклиники, наша парковка, задний двор с мусорными контейнерами и прилегающий кустарник просматривались как на ладони. На экране мерцала сетка координат и индикатор записи.

— Я прямо над крышей квадрик подвесила, — с холодной, мстительной удовлетворённостью пояснила Кира, смахивая со лба прилипшую прядь. — С широкоугольной камерой высокой чёткости. Фиг его знает, сколько у них тут запасных выходов, пожарных лестниц и чёрных дверей для выноса улик. Но теперь мы полностью контролируем весь периметр.

Я посмотрел на экран, затем на профиль девушки. Мой внутренний Трибунал, если бы у него имелась физическая оболочка, прямо сейчас стоя устроил бы ей овацию. Эта юная землянка только что пережила тяжелейший моральный удар — потерю живого существа, к которому была искренне привязана. Подавляющее большинство людей в такой ситуации поддались бы истерике или апатии.

Но Кира, несмотря на колоссальный стресс, оставалась инженером и профессионалом до мозга костей. Она смогла мгновенно конвертировать свою боль и отчаяние в холодный тактический расчёт.

Элла Владимировна вытянула шею, пытаясь рассмотреть картинку на планшете, и тихо охнула.

— Шах и мат, господа, — негромко констатировал я, переводя взгляд на раздавленный медицинский персонал. — Улики зафиксированы, периметр оцеплен с воздуха. Нам остаётся только дождаться следственно-оперативную группу.

Тягостное ожидание прервал звонок моего мобильного. На экране высветился номер шефа.

— Таранов, где заключение по моей «ласточке»⁈ — без прелюдий спросил Маньков. — Ты эксперта нашёл?

— Да, нашёл. Экспертиза у меня на руках.

— Так почему не везёшь⁈ — искренне возмутился Олег Борисович. — Я же переживаю, места себе не нахожу! Мне надо точно знать, каков там ущерб и сколько мне эта бригада бракоделов теперь должна!

Я сделал пару шагов в сторону, чтобы мой разговор не тревожил Киру.

— Олег Борисович, возникли непредвиденные обстоятельства. У Киры проблемы…

— Да какие у неё могут быть проблемы! — фыркнул Маньков с типичным для него снисходительным сексизмом. Благо, Кира стояла достаточно далеко и не могла этого слышать. — У неё ножки стройные, личико очаровательное…