Арка между домами блеснула светом в конце тоннеля и дала мне стимул к жизни. Поправив простынь и приняв вид лихой и придурковатый, я направился туда.

Крики за моей спиной показали мне, что время, отпущенное богами, истекает, и до арки я добраться не успеваю, спрятаться некуда и остается только помереть. Драться сил не осталось, я и так держался на морально-волевых, удивляясь, что до сих пор не грохнулся в обморок.

Подняв с земли камень, что больно давил на пятку, я крепко сжал его в руке и приготовился умереть героем.

Таким меня и увидел имперский спецназ — стоящим с высоко поднятой головой и все же потерявшим сознание. Как я не рухнул, понятия не имею. Как мне потом сказали, дамочки, что пришли за моей головой, сразу сдулись, раскаялись и пустились в бега. Сейчас их ищут, скоро найдут, а после будут долго карать и трогать раскаленными клещами за интересные места.

Меня же нежно упаковали и отвезли домой, по дороге пытаясь привести в чувство, в которое я категорически приходить не собирался, потому что обиделся. Я же страдал? Страдал! А что в это время делали они? Долго меня искали. Теперь пусть переживают и мажут зад вазелином. А я еще и баночку из вежливости подержу, чтобы впредь неповадно было упускать из виду мою величественную тушку.

В себя я пришел уже в своей любимой постельке, возле которой сидела мама с красными от слез глазами, а так же поникшая Люба, злобно зыркающая на нее Катя, Лиза, да и вообще все, кроме отца и Оли. Ей, как я понял потом, ничего не сказали, и она уехала на проверку. Вот же воплей будет, когда она вернется и все узнает!

— Как ты себя чувствуешь? -дрожащим голосом спросила мама.

Черт, этот вопрос мне в последнее время очень часто задают и это уже не по канону! Герой уже через пару глав должен нагибать, а пока нагибают меня. И ладно бы, если бы нагибались при этом сами, так нет. Извращенцы чертовы!

— Все нормально, мам, — ответил я, пошевелив плечом, которое не болело. Медицина в этом мире не чета нашей. На раз всякие болячки лечит, особенно если ты императорских кровей. — Поймали этих, ну, которые меня похитили?

— Нет, но ищем, и поверь, найдем. Тебе надо будет переговорить с Владимиром Андреевичем и все ему рассказать.

— Прям все? — офигел я. — А если я стесняюсь?

— Интимные подробности можешь оставить, главное, факты, — улыбнулась она.

— Так там все и закручено было на интиме, мам! Сначала меня хотели изнасиловать, потом изнасиловать хотел уже я. Потом предложили групповуху. Я отказался, потому что не такой. Они не оценили и продолжали настаивать. Пока они препирались, я сбежал, потому как потом заставили бы жениться. Так что сама видишь, без этого никак.