— Именно так, Пётр Сергеевич, — спокойно ответил Болотов. — И, что особенно интересно, эти слухи между собой плохо совместимы. По одной версии — он враг Вольных. По другой — их союзник. По третьей — он привёз из гор сорок грузовиков добычи под охраной собственного сводного отряда, в котором были даже барсы Кавказского мегаполиса. Это, как вы понимаете, наиболее правдоподобный вариант, потому что придумывать барсов никто не будет.

— Барсы, — повторил Покровский с лёгким удивлением. — Это уже интереснее. Аслан?

Нужно признать, что этого человека, являющегося негласным представителем Кавказа, знали все присутствующие.

— Аслан, — подтвердил Болотов. — Если мои сведения верны.

Граф Овчинников снова поднёс бокал к губам и на этот раз сделал глоток.

— Господа, — произнёс он, — мы тратим заседание Совета на пересказы базарных слухов. Я не понимаю смысла этого упражнения.

— Смысл в том, Фёдор Григорьевич, — мягко вмешался Лазарев, и в его всегда нейтральном голосе послышался тонкий, очень тонкий… намек, — что у нас под носом произошло одно вооружённое нападение на купол молодого баронства, один сводный рейд в Кристальные горы, без участия кого-либо из присутствующих, с привлечением душанов, одна неудачная засада на возвращающуюся колонну этого молодого барона и неизвестно сколько дополнительных мелких происшествий, которые мы тут просто не успели обсудить. Или же, что более вероятно — просто про них не знаем. И всё это происходит вокруг одного и того же человека. А когда вокруг одного и того же человека за такой короткий срок происходит четыре события такого масштаба, у меня, как и у Александра Игоревича, возникает определённый профессиональный интерес.

— Засада, — насторожился Космачёв. — Какая засада?

— Та самая, ваша светлость, — Лазарев слегка повернул к нему голову, не отрывая взгляда от всех остальных. — Четыре иссушителя. На последнем участке маршрута конвоя, у самой границы купола Орлова. Кто-то очень хорошо разбирающийся в особенностях этих милых тварей расставил их идеально. Колонна не пострадала, потому что иссушители, по странному стечению обстоятельств, были вскрыты неизвестными стрелками за пару минут до подхода. Кто-то очень хотел эту колонну сжечь — и кто-то ещё, не менее заинтересованный, очень хотел, чтобы она не пострадала.

— Господа, — снова негромко произнёс Овчинников, — вы все прекрасно знаете, что в пустошах нет ничего невозможного. Иссушители появляются и без всякого людского участия. Я не стал бы делать далеко идущих выводов из одного частного случая.