Это ожидание выматывало все нервы.

А ещё вернулось то чувство, когда я убегала ночью от стоящей на дороге кареты в Испании, с лежащими убитыми людьми в лунном свете.

Безумное желание бежать. Оно было просто неуправляемым. Страх, что непременно догонят. Как животное на охоте. Но только догонят уже не только меня. На кону мадам Жанна и дети-моя семья.

Нервно ходила по берегу, сбрасывая в окружающее пространство апатию и неуверенность.

Мелкая морось нагоняла уныние, море было серым и холодным. Порывистый ветер гнал волны к берегу. Вода тёмной массой, практически цвета моего грифеля, который я ещё так недавно не выпускала из рук в своей уютной мастерской, глушила любые положительные мысли. Очень тревожно было на душе. Ожидание всегда в большую тягость, тем более если на карту поставлено так много. В нашем случае — это были человеческие жизни.

В рыбацком посёлке мы задерживались уже второй день. Эти дни, часы и минуты, мне показались вечностью. Неужели что-то случилось с сеньорами Адорией и Рикардо или нашего посыльного узнали в городе преследователи, и взяли на допросы. Я знаю, что пытки в Средние века были весьма изощрённые, и выдержать их было невозможно. Люди были не по-человечески жестоки друг к другу. Надо было уезжать из посёлка.

Вопрос: куда ехать? На чём?

Не отпускала тревога за виконтов. Если что-то случится с Адорией и Рикардо, месть моя будет беспощадна. И вскоре уже мерила шагами единственную комнату нашего домика. В очередной раз, ломая голову, что пошло не так.

Мадам Жанна сидела на лавке, покачивая дочь, моя тревога передавалась детям, Анжелик хныкала. Антонио, следил за мной неотрывно. Потом запросился на улицу. Ещё одна прогулка по берегу, что напоминала метания дикого животного в тесной клетке от безысходности. Крик голодных чаек, выпрашивающих еду. Он также вселял тревогу. Я сжимала холодную ручку ребёнка. И смотрела вдаль.

— Каталина, завтра надо уезжать, — Антонио смотря снизу вверх, был не по-детски серьёзен.

Я присела на корточки, поймала его взгляд:

— Да, ваша светлость. Мы не можем рисковать оставшимися людьми.

— Нужно уходить морем, найти рыбака с лодкой и плыть в порт Марселя, — предложил юный граф.

Молча кивала, соглашаясь с доводами, понимая, что иного пути нет.

Ещё одна ночь. Она не давала отдыха. Я напряжённо прислушивалась к звукам на улице. Всё опять повторяется. Боясь услышать посторонние шумы, в полудрёме контролировала ситуацию. Как тогда в горах. Слышен был непрерывный шум волн. Ночь на побережье, она другая, нежели в горах.

Море, как вечный свидетель человеческих страстей. Я думаю, оно помнит всё. Мысленно возникают очертания кораблей викингов, их паруса трепещут на ветру. Скользят тени людей, которые жили на этих землях сотни или тысячи лет тому назад. Они так же видели это море, как его видела сегодня я. Слушали шум волн. И море также видело их. Вышла на улицу. Мысли беспокойно метались. Бессонная ночь давала о себе знать.