В голове нашлось подходящее плетение с уроков Барбатоса. Перед не ожидающими нападениями охранниками возникла сотканная из багрового хаотичного пламени плеть. Я не умел обращаться с этим оружием, но заклинание сделало все само — огненное жало снесло головы не успевшим выставить защиту магам. Пламя мгновенно захватило тела, перекинувшись на ковер и настенные украшения, отсекая нам обратный путь, оставалось идти только вперед.

Я выбил дверь ударом ноги и влетел внутрь с фирменным ревом, не опасаясь камер — в таких местах их никогда не бывает. Ожидал увидеть какую-нибудь извращенную оргию или хотя бы пьянку без тормозов, но меня постигло жестокое разочарование. Княжич Могучий спал на кожаном диване, у стены застыли его удивленные телохранители.

Мы с Кирой понимали друг друга без слов. Суккуба ловко запрыгнула на ближайшего мужчину, заключив его шею в смертельные объятия хватом бедер. Я издал фирменный рык и набросился сразу на двоих магов, собственным телом проламывая их щиты. Они успели бросить огненные сети, моя одежда вспыхнула, на пол посыпались обжигающие лоскуты, в очередной раз напомнив о необходимости сшить неуничтожимый костюм.

Я схватил их за головы и с неприятным хлюпаньем ударил о стены, раскалывая черепа. За спиной послышался хруст — Кира расправилась со своим врагом. Некогда проигравший мне дуэль юноша остался один, не считая сидевшего за столом мужчины в официальном костюме. Княжич вскочил и со страхом смотрел то на своих мертвых людей, то на разгорающийся пожар.

— Что, не ожидал? — Я заметил выходящее во двор окно, идеально для отступления. Можно не переживать о пожаре и потратить несколько минут на добычу информации.

— Как ты посмел, тупая образина… а-а-а-а! — Сломанная рука быстро сменила его тон на заискивающий. — Пощади! Вон твои вещи! Я не трогал!

Я заметил бронированный саквояж на круглом столе. Кира быстро проверила сумку и кивнула — сокровище бывшей хозяйки Максвелла осталось в целости и сохранности.

— Я бы посоветовал тебе спросить, кто принес сумку. — Барбатос прислонился спиной к стене и изучал свои ногти, усиленно делая вид, что он не при делах.

— В смысле? Это коллега моего отца! Вот он с… кх… — Княжич выпучил глаза, из широко раскрытого рта хлынула темная кровь. Мешком рухнув на пол, он испустил последний дух.

Мы дружно уставились на последнего оставшегося в живых чужака. Он медленно встал и поднял голову, в его глазах плескалась непроглядная тьма. Мужчина с самым серьезным видом приподнял круглую шляпу и превратился в облако черного дыма, резко рванувшего к окну.