Осторожно приподняв здоровенную доску, я замер, внутри, придавленный деревяшками, лежал младенец. Маленький, весь перепачканный сажей, он смотрел на меня серьёзным немигающим взглядом.
Глава 21
Завернутый в тугую пеленку, совсем маленький, с посиневшим крохотным личиком, он только и мог что тихонько попискивать.
— Как же тебя взять-то? — пробормотал я, примериваясь к крохотному тельцу. — Или позвать кого?
Наверное, выгляди он поуверенней, я бы сходил за женщинами, но вид у младенца был такой, будто он вот-вот отдаст богу душу.
Понимая что тянуть нельзя, я осторожно «прощупал» его ауру, и влил немного жизненной энергии. Понять, в силу возраста, одарён ребёнок, или не одарён, — невозможно, и в случае если это обычный человек, такой «влив» вполне может закончиться фатально. Да и вообще, сама аура младенца настолько хрупкая, невесомая, что её даже касаться боязно.
Но мне повезло, организм ребёнка «подкачку» воспринял спокойно, мне даже показалось, что пищать он стал чуть громче.
Осторожно подсунув ладонь под крошечную голову «свёртка», я поднял его, и вызвав очередной пищащий приступ, прижал к себе.
Теперь донести.
— Тётка Марфа! Тётка Марфа! — кричал я, быстро передвигаясь по брусчатке крепостного двора, и когда та выскочила навстречу, сунул ей в руки совсем разошедшегося младенца.
— Что это? Откуда? — удивилась она, но не дожидаясь ответа, на полной скорости унеслась в направлении кухни.
Я же остался на месте, пытаясь сообразить что к чему. Детей у меня хоть и не было, но опыт кое-какой имелся, и то что ребенок сам не держал голову, говорило о его совсем юном возрасте. Вот только насколько юном? — День? Три дня? Или неделя?
— Откуда? — так же недоумевая, подошёл Захар. Оказавшись неподалеку, он слышал мои крики и наблюдал разыгравшуюся сцену.
— Мы, вроде, хорошо там всё просмотрели… — выслушав мой ответ, пожал он плечами.
— Вот именно что вроде…
— Так дымно было…
Я никого не обвинял, — да и за что? Куча обломков, дышать не чем, — дым, огонь. Какие уж тут обвинения? Притом что искали-то людей взрослых, а тут ребёнок крохотный.
— И что собираетесь с ним делать? — продолжал допытываться он.
Я точно не планировал найти на месте крушения Летучего голландца ребенка, поэтому «заготовок» на такой случай у меня не было. Самым простым было бы отдать его какой-нибудь бездетной паре, так и у него шанс появится, и людям доброе дело сделаю. Ну а что внешность не славянская, так здесь к этому спокойно относятся, главное чтобы не негр, да и то не страшно, и к негру со временем привыкнут.
Нередко бывает так что все в семье светловолосые и голубоглазые — что родители, что дети, — а потом вдруг раз, да родится темненький, с глазами раскосыми.