Взлетев от очередного удара — а мне показалось что тварь удивлена тем что со мной ничего не происходит, я вспомнил что и без оружия тоже кое-что могу. Например пустить файрбол. Скомканный, не дозированный, брошенный скорее от отчаяния, он громко взорвался, ударившись о стену, и не причинив никому вреда.

Тварь осклабилась и заворчала.

— Хр-зр-пр-мр! — прохрипела она. Скорее всего что-то сказать хотела, но с видоизмененной глоткой и всем остальным выдавать человеческие звуки наверняка сложно. Бывают индивидуумы которые лопочут что-то понятное, но этот к ним точно не относился.

На сколько ещё хватит защиты? С каждым новым ударом я ощущал как напрягаются щиты, а когда вампир вцепился мне в глотку — по крайней мере попробовал это сделать, расход энергии стал вообще конским.

Можно было попробовать повесить свой щит, но на это, ровно как и для атакующих заклятий, требовалось время, которого у меня попросту не было.

А упырь всё не успокаивался. Не добившись ничего зубами, он схватил стол, и с размаху запустил его в меня.

Я же, кое как увернувшись, повторил бросок файрболом, но примерно с тем же результатом что и в прошлый раз, — околонулевым.

Вслед за столом полетели стулья, массивный шкаф — кажется он начал понимать что на мне защита, и она не вечная, вот и метал всё что под руку попадётся.

Я тоже не бездействовал, скинутый со стола дробовик упал на пол, и мне, чтобы поставить точку в этом нелепом поединке, нужно было преодолеть всего лишь несколько метров.

Вот только мой оппонент, даже в перекинутом состоянии, думать явно не разучился. Сопоставив направление моих потуг, он сообразил что является их целью, и неуловимо переместившись, подхватил артефактное оружие с пола.

Взял его в руки, точнее в то, во что они превратились, и кое-как пропихнув когтистый палец в курковую скобу, навёл дробовик на меня.

Я тоже времени не терял, и пока он возился с «вепрем», готовил сложное атакующее заклинание.

— Рх-хры-хры! — завопил он, дёргая курок. Тот громко щёлкал, но ничего не происходило. — Откуда уроду знать что чудо оружие в чужих руках не стреляет?

Наконец ему надоело, и резко прыгнув, он ударил меня, и уронив навзничь, поставил ногу на грудь.

Было больно и обидно. Он давил так сильно, что у меня не получалось ни пошевелиться, ни даже вздохнуть.

— Хр-гр-бр-мр! — снова пролепетала тварь, и выразительно глядя мне в глаза, добавила ещё что-то тарабарское.

— Я ж говорить не могу… Прищемил ты меня… — потратив последние запасы воздуха, только и удалось просипеть мне.

Тварь посмотрела внимательно, подумала, и чуть ослабив давление, зашевелила мордой, словно пытаясь что-то из себя исторгнуть.