— Второе орудие к бою готово! Третье орудие к бою готово! Четвертое орудие к бою готово! Пятое орудие к бою готово! — заученно отозвались командиры расчётов, выстраиваясь вместе со своими подчиненными возле пушек.

Расчёт — четыре человека основных и пара запасных, на случай ранения, или смерти кого-нибудь из «основы». Командир, наводчик, и двое заряжающих. Почти как в танке, только механика-водителя нет. У меня в расчёте первого орудия командиром я сам, заряжающие Петька с Васькой, а наводчиком остроглазый Илья. Из всей команды артиллеристов это самые отстающие и плохо обучаемые, поэтому, собственно, я их поближе к себе и держу.

Теперь вроде и кавалерия двинулась. Скорее всего среди них и «прячутся» маги, но не факт что будут подходить. По идее, они могут прикрывать пехоту от стрел и камней по тому же принципу по которому чухонцы защищали осадную башню. Наверняка сил у них достаточно для этого, а может они и вовсе рассчитывают ударить по стене и «зачистить» еще до подхода пехоты. Вариантов получается куча.

А вот у меня вариант один, — снести всю эту красоту к чертям собачьим.

Всё ближе и ближе приближается пехотный строй, ещё немного и войдёт в пристреленную зону… Потирая вспотевшие ладони, я приник к прицелу, и уже не сдерживаясь, заорал,

— К стрельбе!…товьсь! Целься!… Огонь!

Пушки практически одновременно рявкнули, отправляя в сторону наступающих целый рой смертоносных картечин.

Одновременный залп сразу пяти орудий — это что-то страшное. Воспламеняя запалы я хоть и готов был к тому что произойдёт, но непроизвольно вжал голову в плечи и едва не закрыл глаза.

А посмотреть было на что. Пехота, — как и предполагалось, прикрывалась воздушным щитом, который при попадании шрапнелин на мгновение даже засиял от перенапряжения.

— Заряжай! — откатывая орудие для перезарядки, скомандовал я, и добавив парочку слов из портового лексикона, поторопил опешившие расчёты.

Какой-то опыт был у всех, тренировались уже, но залповая стрельба была внове, вот люди и «потерялись».

Заряжали тоже через пень-колоду, и пока я дождался окончания сего процесса, успел охрипнуть. Понятно что люди непривычные, но когда десять раз говоришь одно и то же, когда на примере показываешь — а он всё равно путает пороховой заряд с картечью, тут уже не только матом, тут стукнуть хочется.

Второй залп точно так же «засветил» воздушный щит, и мне показалось что интенсивность свечения слегка упала.

— Огонь! — дурея от нахлынувшего адреналина, выкрикивал я, и не дожидаясь когда в ушах прекратит звенеть, «беззвучно» продолжал торопить бойцов — Заряжай! Шустрее! Шустрее!