— Оперативно… — изучающе вглядываясь в меня, похвалил он, и посторонившись, пригласил пройти в неприметную дверцу за прилавком.

— Я правильно понимаю что вы изготовляете поставляемые Захаром зелья? — без прелюдий начал он.

— Правильно. — кивнул я, пытаясь понять о чём думает этот человек, и вообще кто он такой.

— Моё имя вам ничего не скажет, да и, честно говоря, я его так давно не называл, что оно уже и для меня просто пустой звук.

— Хорошо. — не стал я спорить, не хочет, не надо. Мне в общем-то, фиолетово.

— Но вы не подумайте, — продолжил он, словно оправдываясь, — в той организации с которой ведет дела Захар, я не последний человек, а всё это — разведя руками он покосился на свое одеяние, — всего лишь маскарад и пусть он вас не смущает.

— Хорошо. — повторил я, и поторопил «скромного» товарища. — Давайте уже ближе к делу.

— Да, конечно же, простите. Вы сильны в целительстве? — спохватился он, с ходу «беря быка за рога».

— Непростой вопрос. — честно ответил я, и заметив промелькнувшее разочарование — а видимо предмет дальнейшего обсуждения был крайне важен для него, — добавил чуть более развернуто — Мёртвого не воскрешу, а в остальном могу попробовать.

— Отлично! — тут же просияв лицом, почти выкрикнул человек. — Тогда не будем терять времени! Пойдёмте!

Идти пришлось недалеко. Ещё одна дверь — такая же неприметная, вела в куда более серьёзные хоромы. Если я правильно сориентировался, сейчас мы находились в том высоком здании чья крыша послужила мне ориентиром.

— Сюда.

Я двинулся следом.

В большой, богато обставленной комнате, на широкой кровати лежал молодой парень, наверное примерно «моего» возраста. Бледный, с черными кругами под глазами и ввалившимися щеками, зрелище он представлял ещё то. Так выглядят онкологические больные на последних стадиях, или доживающие свой век в хосписах.

— Мой внук очень болен. — потухшим голосом сообщил мужчина. — Лучшие врачеватели разводят руками, говорят надежды нет и всё что нам остается — надеяться на чудо…

— Но тогда зачем я здесь? Или вы от меня ждёте чуда? — я видел что парень совсем плох, но что я могу, если как он говорит, лучшие врачеватели опустили руки? А ведь у этой организации доступ должен быть на самом деле к лучшим из лучших.

— Позвольте я объясню. — мрачно посмотрел мужчина.

— Конечно. — кивнул я.

— Мой внук заболел ещё год назад. Сначала думали просто простуда, даже как-то внимания особого не обратили, но ему становилось всё хуже и хуже. А где-то примерно через месяц он впал вот в это состояние, и больше не просыпался. Что мы только не делали, кого только не приглашали… Всё было бесполезно и дошло до того, что он уже и дышать сам не мог, пришлось использовать вот это. — В углу у кровати стояло нечто отдаленно напоминающее аппарат искусственного дыхания.